Автор
В сумерках Лондона 1852 года, молодая Тереза Медейрос испытывает судьбу приближения к благополучному браку. Однако ее планам мешает хищник в подобии собачки, и светлая путь теперь пронизан мрачным намеком. В сумерках она найдет неожиданных защитников и сводит с ума жертвы своими невесомыми решениями....
Самец на вид был коренастым и сильным, хвост, однако, упоминания не заслуживал. Его выразительная морда исказилась от ярости, когда он закричал, сверкнув белыми зубами.
Одна из его передних лап застряла в кувшине с засахаренными фруктами. Разгневанное животное неистово дергало ее, безуспешно пытаясь вытащить. Причиной ее пленения явился собственный сжатый кулак, – она отказывалась выпустить сладости даже ради того, чтобы высвободить лапу из кувшина.
– Ох, разве он не прекрасен, – пришла в восторг Беатрис.
– Для самок макак, возможно, – усомнилась Поппи.
Гарри одной рукой удерживал шнур, привязанный к кувшину, а в другой держал свою фехтовальную рапиру. Макак был крупнее, чем он ожидал, и способен нанести существенный ущерб. И совершенно очевидно решал на кого напасть первым.
– Пойдем, дружище, – тихо позвал Гарри, пытаясь подвести обезьяну к открытой клетке.
Беатрис полезла к себе в карман, достала несколько засахаренных фруктов и бросила их в клетку.
– Вот так, жадюга, – сказала она макаке. – Твое лакомство там.
Чудесным образом, обезьяна подчинилась, волоча кувшин за собой. Бросив злобный взгляд на Гарри, самец зашел в клетку, и сгреб разбросанные фрукты свободной лапой.
– Отдай мне кувшин, – терпеливо попросила Беатрис, потянув за шнур, и вытащила его из клетки. Она бросила последнюю пригоршню сладостей обезьяне и закрыла дверцу. Нагарайцы поспешили запреть ее.
– Я хочу, чтобы ее трижды обвязали цепью, – приказал Гарри Валентайну, – и клетку второй обезьяны тоже.
– Да, сэр.
Поппи подошла к своей сестре и обняла ее, открыто проявляя любовь к ней.
– Отлично проделано, Беа, – воскликнула она. – Как ты догадалась, что обезьяна не выпустит сладости из лапы?
– Это общеизвестный факт, что обезьяны так же жадны, как и люди, – ответила Беатрис, и Поппи рассмеялась.
– Девочки, – прервала их вполголоса мисс Маркс, пытаясь утихомирить их и увести прочь. – Это неприлично. Мы должны идти.
"– Да, конечно, – ответила Поппи. – Прошу прощения, мисс Маркс. Мы отправляемся на прогулку.
Однако попытку компаньонки заставить сестер уйти расстроили нагарайцы, столпившиеся вокруг Беатрис.
– Вы оказали нам очень большую услугу, – сказал Ниран, глава дипломатической делегации, девушке. – В самом деле, очень большую. Примите благодарность от нашей страны и нашего короля, и мы обязательно расскажем Ее величеству королеве Виктории о вашей отважной помощи...
