Автор
В сумерках Лондона 1852 года, молодая Тереза Медейрос испытывает судьбу приближения к благополучному браку. Однако ее планам мешает хищник в подобии собачки, и светлая путь теперь пронизан мрачным намеком. В сумерках она найдет неожиданных защитников и сводит с ума жертвы своими невесомыми решениями....
В последнее время я не могу избавиться от чувства, что у Поппи и мистера Бэйнинга ничего не получится. Надеюсь, я ошибаюсь. Я так сильно хочу, чтобы Поппи была счастлива, и... что мы станем делать, если он разобьет ее сердце?
– Мы будем заботиться о ней, – прошептал он, крепко обнимая жену, – И любить. Именно для этого нужна семья.
Глава 8
(перевод – Spate, бета-ридинг – Ilona, вычитка – Фройляйн)
Поппи была вне себя от волнения. Майкл должен был вот-вот прибыть, чтобы сопроводить их на выставку цветов. После всех их уловок, это был первый шаг к открытому ухаживанию.
Ее туалет был тщательно продуман: желтое прогулочное платье с черной бархатной шнуровкой; такими же черными бархатными бантами был перехвачен каскад юбок. Наряд Беатрис был выполнен в том же стиле, только оно было голубым с шоколадного цвета отделкой.
– Очень красиво, – похвалила мисс Маркс с улыбкой, когда девушки вышли в комнату для гостей. – На выставке цветов вы будете самыми элегантными молодыми леди. – Она поправила выбившуюся прядь в прическе Поппи и надежнее закрепила шпильку.
– Он немного опаздывает, – напряженным голосом сказала Поппи. – Это на него не похоже. Надеюсь, у него ничего не случилось.
– Он скоро будет, вот увидишь.
В комнату вошли Кэм и Амелия, на ней было розовое платье, очень ей шедшее, тонкая талия подчеркнута пояском из кожи бронзового цвета, в тон туфелькам.
– Какой чудесный день для прогулки, – воскликнула Амелия, ее синие глаза сияли.
Прижав руку к животу, Поппи судорожно вздохнула. – Это все так действует мне на нервы.
– Я знаю, дорогая, – подходя и обнимая сестру, ответила Амелия. – Я неописуемо счастлива, что мне не пришлось пройти через испытание Лондонским сезоном. Я никогда не отличалась твоим терпением. Правда, им следовало бы ввести налог для всех холостяков, пока они не женятся. Это существенно ускорило бы процесс ухаживания.
– Не понимаю, зачем люди вообще женятся, – заявила Беатрис. – Никто ведь не венчал Адама и Еву, не так ли? Они просто жили друг с другом. Почему мы должны суетиться со свадьбой, если они этого не делали?
Поппи нервно рассмеялась.
– Когда мистер Бэйнинг присоединится к нам, – попросила она, – давай не будем устраивать абсурдных дискуссий, Беа. Боюсь, он не привык к нашим... к нашему...
– Живому стилю общения, – поддержала девушку мисс Маркс.
Амелия улыбнулась.
