Автор
В темном переулке сквозь сломанный забор я подглядывала тренировки юных драконов. Позиция убого, но выжималась до предела — чтобы не быть обнаруженной и не стать объектом общественного шока. Их будущий генерал Фахар готовится к величайшим испытаниям, в то время как я прячусь со скрежетом старых металлов....
Да к тому же оборотень-дракон живое напоминание о том, как близки мы и перевертыши. В жилах наших предков бежала одна кровь. У тебя есть избранная? — император задал вопрос, в упор глядя на Хрута, но тот продолжал молчать.
— Есть. В нашем лагере Яська. Он женится на ней, — выпалила я за него.
— А он что сам ответить не может? — Айдан рассмеялся.
— Она не истинная дракона. Яся — выбор человека, — наконец открыл рот Хрут. — И выйдет она за меня или нет — решать только ей. Если скажет «да» — я буду счастлив. Нет, значит, не суждено.
— Хм... выбор человека — это риск, — правитель поморщился. — Я противник договорных браков. Достаточно взглянуть на вырождение магов. Кровь превращается в воду. Зов магии истинных притупляется, а то и вовсе исчезает, и виною всему именно тот самый «выбор человека».
— Мой дракон уже никогда не услышит истинную, — возразил Хрут. — А может, именно он и указывает человеку на пару. Я не маг. И я знаю, что такое верность.
Император медленно кивнул. Ему пришлись по душе ответы белого дракона.
— Мальчика отдаешь Ярвену? Он ведь твой племянник.
Хрут опустил голову. Только сейчас я поняла, что он вполне способен вырастить Комира сам, и Яська была бы хорошей матерью, но...
— Мой племянник привязан такими крепкими узами к названой сестре, что не разорвешь. Если я заберу его, то он окажется от нее вдалеке. Я не могу так поступить. Дара сестра леры и Астрид никому не отдаст девочку. А значит, и Комир её. Я же был, есть и останусь дядей и никуда из его жизни не исчезну.
Мне не нравилось, как Айдан смотрел на Хрута. Холодный блеск в его глазах настораживал. Казалось, что этому огромному мужчине известно все, что здесь произошло. И все его вопросы просто для отвода глаз.
Будто ощутив на себе мой взгляд, он повернул голову и усмехнулся.
— Ярвен, кажется, твоей избранной я пришелся не по душе. Хотя жрицы богини Яники благосклонностью к мужчинам не страдают.
Женщины, что стояли поодаль, прекрасно расслышали его слова и заулыбались.
— Я все еще послушница, император.
Да, немного грубо это прозвучало, зато правда. И не верила я, что он не ведал, что творится в этом замке. Что здесь логово бешеных. Повод ему был нужен зачистить здесь все. И не своими руками, а чужими. Явился он, когда уже всех перебили.
— Что же, лера, — он высокомерно задрал подбородок, будто читая мои мысли, — у тебя есть полное право злится. Мой отец был благосклонен к Рамси из лена Фахар.
