Автор
В темном переулке сквозь сломанный забор я подглядывала тренировки юных драконов. Позиция убого, но выжималась до предела — чтобы не быть обнаруженной и не стать объектом общественного шока. Их будущий генерал Фахар готовится к величайшим испытаниям, в то время как я прячусь со скрежетом старых металлов....
Дару звать не буду, она ещё маленькая на такое смотреть. Испугается ещё. И вообще, не хочу, чтобы моя дочь так много у кроватей больных времени проводила. Я сам с тобой побуду. Сам...
Присев обратно на край постели, Ярвен сжал мою руку. Он улыбался и выглядел таким непривычно ранимым. Его ладонь снова опустилась на мой живот.
— Мы так и не решили, как назовем его. Столько имен перебирали и всё никак, — пробормотал он.
— Это потому что и ты, и я хотим назвать его в честь своих отцов, — шепнула я.
Ярвен медленно кивнул и снова тяжело вздохнул.
— Я уступлю тебе, Астрид. Это будет справедливо.
— Нет, — прикрыв глаза, ощущала тепло его руки и мне становилось спокойнее. — Несправедливо.
— Я любил своего отца не меньше, чем ты своего, милая. Но однажды я совершил ужасную ошибку, за которую он меня так и не простил. Старик умер с мыслью, что из-за него я никогда не найду свою истинную и не смогу узнать, какое это счастье слышать, как кто-то называет тебя папой. Это терзало его всю жизнь, страшнее всех полученных в ту ночь ран и увечий.
— Ярвен... — попыталась остановить его.
— Нет, Астрид, нет. Ты не понимаешь. Я ведь дракон. Я должен был спасать в ту ночь тебя, и тогда бы отец умер, зная, что его сын будет счастлив. Я понял это, глядя на Комира. Да, не моя кровь в нем, но мысли именно эти крутятся. Я бы не простил ему своего спасения. Просто бы не простил!
— Знаешь, думаю, теперь можно расслабиться, Шим. У нас скоро появится сын.
Ярвен опустил голову. Нет, страхи и боль не исчезают из души за год или три. Но они, несомненно, становятся меньше, и когда-нибудь мы о них не вспомним.
Низ живота снова заныл...
... Только к утру, сжимая запястье мужа и вглядываясь в его спокойное и решительное лицо, крича от боли, я родила здорового, но немного маленького малыша. Он молчал на руках целителя, но после того, как тот передал его Эле, разразился коротким, но очень возмущенным плачем.
"— Это тебе, — она странно улыбнулась. — Пока держи, сейчас все доделаем и будем обтирать нашего наследника.
Я выдохнула и, наконец, расслабилась. Да, это оказалось немного хуже, чем я думала, но вид мужа с нашим младенцем на руках скрашивал эту мучительную ночь.
Откинувшись на подушку, с наслаждением прикрыла глаза.
