Автор
В тени секретных операций и драматических событий скрываются два шага вперед - первый к встрече с загадочным майором и второе к предательству. Оставь его доверчивый номер, и ты отвернешься от искушения, которое может разрушить все, что устоит.
Такими шагами мы никак Савина на чистую воду вывести не сможем, либо он сам выйдет из той воды абсолютно сухим.
– Дерьмовое чувство, – Рамиль кривится. – Говори, что мы должны сделать, Тимур. Если бы у тебя не было плана, ты бы нас здесь не собрал. Но имей в виду, – делает короткую паузу, – ты мне обещал, Захаров. Как только этот долбаный Воронин будет за решеткой, ты мне дашь шанс на встречу. Всего на одну встречу, Захаров. Я поломаю ему все кости, а потом уйду.
– Чё за терки? – недоумеваю. – Что происходит?
– Долгая история, – отмахивается Рамиль, а Захаров задумчиво смотрит в одну точку.
– Я не спешу.
Мужик несколько минут молчит, явно мысленно задает себе вопрос: рассказать или нет. Но в конце концов нехотя говорит:
– Моя мать попала в аварию. Несколько месяцев лежала в коме, – по выражению его лица вижу, что он с трудностью выдает каждое слово, с головой погружаясь в прошлое. – А когда проснулась, не смогла согласиться на инвалидную коляску. До сих пор пытается вернуть подвижность. Недавно я отправил ее в Америку на лечение.
– Сочувствую, – хлопаю Рамиля по плечу, понимая, что почти то же самое пережил я. Сестра стала инвалидом, а отец потерял жизнь."
"– Нашел уйму доказательств причастности Воронова к этому делу. Но эти доказательства исчезли. Испарились, – горько усмехается, залпом выпивая стакан с виски. – Меня отстранили от дела, сказали, что я «непрофессионально расследую». Я уволился. Сдался, так сказать. И когда Тимур предложил убить двух зайцев одной пулей, я согласился. Не напрасно.
– Тимофей, – зовёт Захаров. – Ты не соглашаешься с моим планом, да?
– Нет, конечно, – отрезаю на автомате. – Тимур. Я ее только нашел. Снова под удар не поставлю, и ты это прекрасно знаешь. Я не могу стоять в стороне и наблюдать, как вы заставите Алису шляться по городу и следить за ней, надеясь, что Воронов-младший высветится. А через него и старшего попытаетесь достать. Это несерьёзно. Антон тупой – да. Но не настолько, чтобы не понять, что его сестру больше никогда не оставят без присмотра.
– Придется и мне в стороне стоять. Как-никак, мы уже не менты. Никакого отношения к этому делу не имеем. Ну и права вмешиваться, естественно, тоже, – говорит Рамиль то, что крутится у меня в голове.
Выругавшись, Тимур откидывается на спинку кресла. Достает пачку сигарет, вынув из нее одну, чиркает зажигалкой. Закуривает.
Вибрирует мой телефон. Сообщение от охранника, который стоит у подъезда.
