Честно трудился много лет, а тут – подстава, и я – главная фишка. Теперь уже всем плевать на меня. Я уверена, брат или кто-то другой больше не будут за мной следить, просить деньги. Изначально их план был подставить майора, и мне горько осознавать, что они достигли своей цели. – Блин, Алиса! – Вера уводит меня в спальню. – У тебя пять минут! – приказывает и, поцеловав меня в щеку, выходит из комнаты. Никак не могу застегнуть пуговицы рубашки. Пальцы дрожат, не слушаются. Собираю волосы в небрежный хвост и снова смотрю на себя в зеркало.
Замученная такая. Обиженная. Сломанная. А ещё – беременная. – Я готова. – Отлично! Поехали! Всю дорогу Вера молчит. Она не спрашивает ничего, будто понимает, что я пытаюсь взять себя в руки и собраться мыслями. Но чем ближе мы подъезжаем к ресторану, тем чаще бьётся мое сердце, готовое выскочить из груди. Никогда в жизни не чувствовала себя так устало. Раздавлено. Вера паркует свой автомобиль, но я не решаюсь выйти наружу. Сижу и смотрю на дверь ресторана и жду… Но чего? Понятия не имею… – Вер… – начинаю разговор, но при этом не отвожу взгляда от входной двери заведения.
– Если он вдруг пошлёт меня, поможешь найти мне работу? – Так. А ну прекрати эти разговоры! Тимофей тебя к себе увезёт, я так думаю. Вот там поговорите, и вся эта недосказанность… – Вер, – перебиваю её. – Можешь или нет? Только не у вас там, а где-то в другом месте. – Ты зря паришься. Себя накручиваешь… – глубоко выдыхает она. – А насчёт работы… Не думаю, что Артём будет рад, но я постараюсь. Позвоню Диме.
Жаль, Лики с Вадимом нет в стране – они бы точно помогли. Да и Дима поможет, но… Чёрт, они с Артёмом до сих пор враждуют. – Нет, я не хочу, чтобы у тебя были неприятности. – Ой, Алис, замолчи, я тебя умоляю! – она закатывает глаза. – Ладно. Поговорим об этом позже. Если он тебя пошлёт, как ты выразилась. Приехали. Сердце стучит как сумасшедшее. Огромная машина Тима останавливается у ресторана. Пару минут он задерживается, не выходит из автомобиля, а как только я вижу, наконец, его лицо, слезы начинают течь из глаз ручьем.
Господи… Он будто постарел. Стильная щетина отросла, превратилась в бороду. Он не брился эти несколько недель, которые мы прожили отдельно. Одежда мятая, волосы растрёпанные. Сердце болит нестерпимо. Мне безумно хочется выскочить из машины и бежать к нему. Обнять. Поцеловать."
"Сказать, что я безумно люблю его! Прямо там – посреди незнакомых людей прокричать, что я ни в чём не виновата. Что не имею никакого дела к той подставе.
