– У вас все?
– Все?
– А вы, простите, каким ремеслом занимаетесь?
– Тем же, что и вы. Тут у каждого своя территория, вы у меня хлеб забираете.
– Кира, эта девушка от Петра Петровича. Он ее сегодня всем работникам представлял, – вступил в разговор Никита, пытаясь осадить разъяренную девицу. – Она наша сотрудница, консумацией занимается.
– Чем? – переспросила девушка и захлопала накладными ресницами.
– Консумацией.
– Какой еще консумацией?!
– Разводит клиентов на деньги.
– А что, такая должность есть?
– Не должность, а ремесло. Вернее, даже искусство. Пётр Петрович ввел новую штатную единицу.
– Надо же! Тогда извиняюсь.
– Ничего, бывает. – Я посмотрела на Никиту благодарным взглядом и обратилась к девушке: – После того как я выполню свою работу и основательно раскручу клиента, а скорее всего моя работа уже подходит к концу, вы можете к нему подсесть и предложить интимные услуги. Поймите, я вам не соперница и никогда ею не стану. У нас с вами совершенно разный род деятельности. Только смотрите, не продешевите. Мужчина гуляет на широкую ногу, клубнику со сливками ведрами ест.
– Я это уже поняла, – пробурчала себе под нос девушка и удалилась.
– Да, клиент конкретно попал, – ухмыльнулся Никита и пошел на свое рабочее место.
Я посмотрела в сторону столика, за которым сидели Пётр Петрович и вполне приличный господин, и увидела, что он показывает мне ровно пять пальцев, а это значит, что он ставит мне за мою работу «пятерку». Его собеседник смотрел на меня с нескрываемым интересом, а я не придумала ничего лучшего, как послать ему очередной воздушный поцелуй.
– Настя, имей совесть. – Лев сел на свое место и нервно застучал пальцами по крышке стола.
– А я ее никогда и не теряла. Она на месте, – без тени сомнения ответила я.
– Что-то я не вижу.
– Быть может, у тебя зрение плохое? Надень очки и посмотри повнимательнее: моя совесть всегда при мне.
– Я взял тебе ведро клубники со сливками, а ты шлешь воздушные поцелуи другим мужчинам.
– Хочу и шлю, – сказала я и довольно сексуально засунула в рот крупную ягоду клубники.
– Но я же купил ведро…
– В том-то и дело, что ты купил не меня, а ведро.
– Но ведь я купил это ведро тебе.
– Почему только мне? Давай есть вместе.
– Настя, но ведь ты пришла со мной… – беспомощно заговорил Лев.
– Я не пришла с тобой. Ты сам пригласил меня за свой столик, и я решила оказать тебе честь и за него села.
От этих слов Лев сморщился и, видимо, хотел сказать мне какую-то гадость, но тут же проявил выдержку и не стал этого делать, не теряя надежды на то, что у него сегодня со мной все получится…"
"– И даже если бы я пришла с тобой, то что дальше? Что это меняет? Я что, тебе чем-то обязана? Я – твоя собственность? Я, кроме своей семьи, в этой жизни никому и ничем не обязана.