И с осознанием данного факта подступила паника, заставившая меня часто дышать.
Я помнила боль, помнила страдания, которые испытывала раньше.
“Долг жены смиренно терпеть!” – насмехаясь, когда-то говорил Андрес. Даже сейчас, находясь с тем, кого люблю, кто никогда не причинял мне боли, я не могла избавиться от демонов, терзающих душу. И мужчина это заметил, тут же отстраняясь.
– Даника! – в сиреневых глазах вспыхнуло волнение. – Я сделал что-то… Черт! – зарычал он, тут же одергивая себя. – Прости! Я потерял голову… Мне не следовало так…
– Нет… все нормально! – прошептала одними губами, сжимая в кулаках ткань его рубахи.
Я любила этого мужчину, верила ему, но не готова была вновь проходить через боль, с которой сталкивалась неоднократно.
– Я… я не могу! – слезы выступили на глазах, и я жалобно всхлипнула, чувствуя себя никчемной в этот момент.
– Боги, не этого я хотел! – обреченно застонал мужчина.
– Знаю, – содрогнулась я всем телом, так и сидя на столешнице, по которой была рассыпана мука.
– Нет… ты меня неправильно поняла! Я облажался, поспешил… – затараторил Кассиан.
Впервые видела его столь растерянным.
– Дело не в этом. Я просто не могу! – сжалась, обнимая себя руками и стараясь унять дрожь. – Понимаешь, не могу! Кассиан, я словно сломанная кукла и не гожусь для…
– Андрес! Опять он! Я прав? – оскалился мужчина. – Он… черт! Он не только эмоционально тебя мучил! Как я сразу не понял?! – взъерошив пятерней волосы, мой северный лорд отступил, принимаясь мерить шагами кухню, словно дикий зверь, загнанный в клетку. – Мало ему было тех плетей. Если бы я знал, выпотрошил бы ублюдка еще вечером на балу! – часто задышал он. – Так, ладно… Я до него позже доберусь.
Кассиан вновь шагнул ко мне, тут же смягчаясь. Бережно убрав локон, упавший на мое лицо, он коснулся костяшками пальцев щеки, стирая текущие по ней слезы. – Не плачь. Меня убивают твои страдания.
– Нам следует закончить все, как только сделка завершится, – выпалила я на одном дыхании. – Я сяду на корабль до Монсеры.
Возможно, слова прозвучали глупо, но сейчас я была уязвлена, чувствуя, как меня поглощает страх. Наши с Кассианом отношения приняли серьезный оборот. Это уже не было притворством и игрой на публику.
– Ты сильная, Даника, до безумия решительная. А вот я эгоист, неужели считаешь, что смогу тебя отпустить? – произнес мой муж тихим надломленным голосом.
– Что?
– Еще не догадалась? В отличие от тебя я не скрывал своих чувств… Даже сказать пытался. Правда ты почему-то не поверила. Смотри сама… – с этими словами он повернул свою руку ладонью вверх, пальцем очерчивая рисунок, сплетающийся с символами Керады, удерживающими его душу в теле.
Кусая губы, опустила взгляд, наблюдая за тем, как Кассиан проводит по черным линиям.