Автор
В дверь постучали неожиданно ранним весенним утром, будто призывая к встрече. Тогда как обычно начинаются неприятности — с громкого стука в металлической двери. Вой сработал наоборот, привлек внимание злодеев, вместо того чтобы изолировать их. Я узнала эту сцену знакомым голосом: это была тетушка Мила, которая открыла дверь перед моей возвращением....
Небольшая такая продолговатая кирпичная будочка, вроде крытой остановки общественного транспорта.
Я подошла поближе — ага, общественный туалет.
Дойдя до перекрестка, я свернула за этот туалет и встала за стеночкой. Подождем. В нос мне тут же ударила гнусная вонь разлагающихся фекалий.
А сортир-то давно негоден для употребления — посетители, почему-то не желая заходить внутрь, гадили прямо у стеночки.
«Надо будет кроссовки почистить, как приду,» — подумала я, поджимая ноги, чтобы выбрать себе местечко почище.
Вскоре я услышала осторожные шаги. Фонари, конечно, не горели, но в свете ярко сиявшей луны я увидела щупленького паренька в спортивном костюме, похожего на испуганного щегла. Лопоухий такой. Это и был мой недавний сторож. Теперешний преследователь.
Тоже мне бандюга. Мне сразу как-то даже неинтересно стало.
Он остановился на перекрестке прямо возле туалета, в двух шагах от меня, и завертел головой, пытаясь понять, куда это я подевалась.
Вот теперь…
Я дождалась, пока он повернется ко мне спиной и прыгнула вперед. Одной рукой закрыла пареньку рот, а другой сдавила ему горло. Сдавила так, чтобы каждое движение причиняло невыносимую боль.
— Тише, тише, — зашептала я в оттопыренное ухо, хотя он и не думал, по-моему, кричать — онемел от неожиданности и испуга."
"Потом я повернулась назад и, точно рассчитав, втолкнула свою жертву в черную вонючую дыру двери общественного туалета.
Я шагнула за ним.
Поговорить надо. Серьезный будет разговор.
* * *Войдя в будку общественного сортира вслед за пареньком, я едва не вскрикнула от неожиданности — внутри сортира как такового не было. Была только чудовищных размеров глубокая яма с нечистотами. Шпионивший за мной парень стоял на самом ее краю. Так как яма начиналась чуть ли не с порога туалета, то, как он ни был мною напуган, ему пришлось стоять вплотную ко мне, чтоб не угодить по уши в дерьмо.
Еще хорошо, если по уши. При взгляде на эту ямищу у меня создалось впечатление, что она бездонная.
Мы так и стояли лицом к лицу. Видать, паренек сидению в яме предпочел все-таки мое общество. Что вполне понятно.
Паренек взглянул мне в лицо, я кровожадно улыбнулась ему в ответ, он «ужасти» такой не вынес и зажмурился.
