Автор
В дверь постучали неожиданно ранним весенним утром, будто призывая к встрече. Тогда как обычно начинаются неприятности — с громкого стука в металлической двери. Вой сработал наоборот, привлек внимание злодеев, вместо того чтобы изолировать их. Я узнала эту сцену знакомым голосом: это была тетушка Мила, которая открыла дверь перед моей возвращением....
— Да так… стряслось. — Я не стала распространяться о наших приключениях. С Валерой поосторожнее надо в этом смысле — повоздержаннее на язык.
— Ну, проходите, — подумав несколько секунд, пригласил он нас в кухню.
— Этот друг твой, — шепнул мне на ухо Василий, которому я еще ничего о Крокодиле не рассказывала, — он что, стукач, что ли?
— Он самый, — ответила я. Валера, не дожидаясь нас, ушел на кухню. — А ты откуда узнал?
— А что, по нему не видать, что ли? — усмехнулся Вася. — Насмотрелся на них, на гадов, на зоне-то…
Богатый жизненный опыт.
Крокодил уже сидел за столом. Пил чай с какими-то подозрительного вида сухариками. Будто настоящее земноводное, он заглатывал эти сухарики сразу по несколько штук и с хрустом перемалывал их в маленькой хищной пасти.
— Ну, какое там у вас дело? — прожевав, осведомился Валера. Нам присесть он не предложил. Я не обижалась. Просто достаточно хорошо его знала.
А вот Василий, кажется, обиделся.
Так вот, кстати, Васенька с его невоздержанностью может мне помешать. Услать его куда-нибудь надо. За сигаретами, например. Только вот денег у меня… как говорится, кот наплакал.
— Слушай, Валера, — озабоченно начала я, — дело такое…
— Какое? — Он заинтересованно поднял голову. Почуял добычу-то.
— Дай сначала мне червонец.
— Это как, то есть? — не понял Крокодил. — Ты что, денег занимать пришла?
— Не угадал, — солгала я, — давай червонец, потом все скажу, — выразительно указала глазами на Василия — мол, мешает человек поговорить, надо отослать его куда-нибудь.
Крокодил нахмурился, недоверчиво покосился на Васю, сосредоточенно изучающего пятно на обоях, оставшееся от казненного таракана. Тяжело вздохнул, поднялся и пошел в комнату.
Василий, кажется, пантомимы нашей не заметил.
Валера вынес из комнаты измятую купюру.
— Не насовсем, естественно, — уточнил он, вручая мне деньги, — говори теперь про дело.
— Вась! — позвала я, отвернувшись от Крокодила.
— Ась, — отозвался он.
— Сходи-ка, милый друг, за сигаретами, только быстро. В киоск и обратно, — дала я ему поручение, — одна нога здесь, другая… «Честерфильд» лучшего всего купи.
Нехорошо сказала. Выставила, получается, Василия перед Валерой-осведомителем мальчиком на побегушках.
Ну, не до дипломатических тонкостей мне.
Василий сделал сначала недоумевающее, потом оскорбленное лицо, потом, очевидно, решил, что не время сейчас обижаться, и покорно кивнул головой.
