Автор
В дверь постучали неожиданно ранним весенним утром, будто призывая к встрече. Тогда как обычно начинаются неприятности — с громкого стука в металлической двери. Вой сработал наоборот, привлек внимание злодеев, вместо того чтобы изолировать их. Я узнала эту сцену знакомым голосом: это была тетушка Мила, которая открыла дверь перед моей возвращением....
Тотчас из носка левого выскочило короткое, но смертельно опасное лезвие — острое и обработанное ядовитым составом — прямо из самой подошвы выскочило.
Я нажала на носок левого ботинка — второе лезвие выскочило сзади.
Так, работает.
Такие же лезвия, кстати, скрываются в заднике и носке правого ботинка. Ядовитый состав наверняка еще силу не утратил — хоть наносила я его по крайней мере года два назад — яд ведь очень сильный, даже его попадание на кожу крайне нежелательно.
Отлично.
Что еще возьмем? Я открыла свою «шпионскую» сумочку.
Ага, а вот это, пожалуй, надо будет прихватить: электрошокер — маленький такой приборчик размером со спичечный коробок, даже, наверное, поменьше. Маленький-то маленький, а мощность у него ого-го. Хватит, чтобы человек пять с ног свалить.
Ну, наверное, и все с экипировкой-то. И этого-то оружия мне за глаза хватит.
Я посмотрела на часы — без десяти двенадцать. Еще, значит, десять минут у меня.
Конечно, никакой роли не играет — приду я в гости к Мутному десятью минутами раньше или позже. Только так уж я приучена — если мероприятие важное, надо разложить все по минутам и строго придерживаться этого расписания. Тогда все пойдет как надо или даже лучше.
Я выкурила сигаретку на кухне, выпила стакан теплой кипяченой воды. Поздний, так сказать, ужин.
Двенадцать ровно.
Теперь пора.
Ну, тетушку будить не стану, чтобы прощаться.
Я вышла на улицу.
* * *Вот и туалет, тот самый, едва не ставший для паренька Вовы могилой. Ничего себе смерть — утонуть в дерьме?
А вот и скамейка та, на которой Вова оставил меня. «Отпустил».
Я посмотрела на часы — двадцать пять минут первого. Еще пять минут на перекур. Надо же строго придерживаться расписания.
Ну, все — пора двигать.
Когда Вова вел меня к этой скамейке, под ногами моими был — я точно помню — асфальт. А асфальтовая дорожка здесь одна мимо моей лавочки проходит.
Я направилась по этой дорожке. Армейские мои башмаки глухо бряцали шипами подошв по асфальту.
Метров через сто дорожка разветвлялась на три таких же.
