В альтернативной истории императорская Россия становится глобальной державой, конкурирующей с Великобританией за мировое влияние. Дилогия Громова исследует судьбы государств и людей в мире, где ход истории пошёл совершенно иным путём. Геополитическое противостояние и тайные интриги...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Исландская карта. Русский аркан» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
В альтернативной истории императорская Россия становится глобальной державой, конкурирующей с Великобританией за мировое влияние. Дилогия Громова исследует судьбы государств и людей в мире, где ход истории пошёл совершенно иным путём. Геополитическое противостояние и тайные интриги...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В альтернативной истории императорская Россия становится глобальной державой, конкурирующей с Великобританией за мировое влияние. Дилогия Громова исследует судьбы государств и людей в мире, где ход истории пошёл совершенно иным путём. Геополитическое противостояние и тайные интриги...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Типично исландская посудина английской постройки.
Пыхачев взглянул на Враницкого и с улыбкой покачал головой:
— Полно вам, Павел Васильевич. Мы близ Японии, какие здесь могут быть исландские пираты? Обжегшись на молоке, на воду дуете?
— Леонтий Порфирьевич!
— Не обижайтесь. Почему бы не предположить, что это англичане и есть? Идут, наверное, от Сандвичевых островов, как и мы. Что в этом удивительного?
Старший офицер постарался вздохнуть незаметно. Беспечность командира могла вывести из себя и человека с более крепкими нервами.
— Британцы мало используют данный тип судна, Леонтий Порфирьевич. Тем более в рейсах через Великую Атлантику. Маловата скорлупка.
— Вот именно: маловата. Неужели она может нам угрожать?
Враницкий не желал напоминать Пыхачеву о том, что бою с пиратской эскадрой между Оркнейскими и Шетландскими островами, кончившемуся гибелью «Чухонца», предшествовало как раз появление малых суденышек противника по корме.
Он только спросил:
— Не приказать ли развести пары?
— Не рано ли? — вопросом на вопрос ответил Пыхачев.
Между ними давно было договорено, что в Токийском заливе корвет пойдет под паром. Чай, не джонка. Следует показать и японцам, и иностранным дипломатам, что для русских моряков трансокеанский переход — тьфу! Угля, мол, хватит до самого Владивостока.
Хотя угля было мало. В Иокогаме надеялись втихую прикупить еще.
— Боюсь, поздно будет, — мрачно напророчествовал Враницкий. — Того и гляди мыс Нодзима покажется.
— Прикажите разводить пары через час, — поморщившись, велел Пыхачев. — Иначе опять начнем дерево жечь и коньяки в топку лить. Ветер держится, ну и слава богу.
Однако ветер, усилившийся было до крепкого, начал понемногу стихать. Враницкий приказал прибавить парусов, а Свистунову — спуститься, принять в кают-компании полстакана рому и не показываться на глаза до вахты.
Зачем на палубе появился великий князь Михаил Константинович, вряд ли мог сказать он сам. Внешний вид наследника престола выдавал тяжкие страдания.
— Сине-желтый, как шведский флаг, — шепнул Розен Враницкому. — Перед микадо будет неудобно.
— Надеюсь, к тому времени цесаревич поправится, — с надеждой ответствовал старший офицер. — Второй день ни капли в рот не берет. Как вам только удалось его уговорить?
— Секрет. Скажу только, что августейшей семье мои методы не пришлись бы по вкусу. А что было делать?
Они обменялись сочувствующими взглядами.
Неизвестная баркентина не отставала — напротив, заметно приближалась. Враницкому никак не удавалось разобрать, под каким она флагом.
Прямо по курсу темной полосой сгустился из дымки низкий мыс Нодзима. Взяли два румба влево. Чертыхаясь про себя, старший офицер то и дело посматривал на часы. Предчувствия он имел самые скверные.
