В альтернативной истории императорская Россия становится глобальной державой, конкурирующей с Великобританией за мировое влияние. Дилогия Громова исследует судьбы государств и людей в мире, где ход истории пошёл совершенно иным путём. Геополитическое противостояние и тайные интриги...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Исландская карта. Русский аркан» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
В альтернативной истории императорская Россия становится глобальной державой, конкурирующей с Великобританией за мировое влияние. Дилогия Громова исследует судьбы государств и людей в мире, где ход истории пошёл совершенно иным путём. Геополитическое противостояние и тайные интриги...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В альтернативной истории императорская Россия становится глобальной державой, конкурирующей с Великобританией за мировое влияние. Дилогия Громова исследует судьбы государств и людей в мире, где ход истории пошёл совершенно иным путём. Геополитическое противостояние и тайные интриги...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
ГЛАВА ПЕРВАЯ,
в которой появляется Нил с Енисея, граф Лопухин получает новое задание, а Еропка приходит в ужас
– Сто-о-ой!.. Держи-и-и!…
Крик взбудоражил мирную улицу. Прохожие начали оглядываться. Кое-где к оконным стеклам прилипли физиономии обывателей.
Когда начинают драть глотку, выкрикивая такие слова, да еще орут на всю улицу, дело ясное: начинается погоня за вором, и притом за неловким вором, скравшим что-то мелкое и не вовремя попавшимся на глаза приказчику. Почему мелкое? Потому что на Рогожском Валу нет крупной торговли. Первые этажи неказистых двухэтажных домиков, поставленных встык друг к другу, заняты хлебными, керосиновыми, скобяными и прочими лавками, недостойными важного наименования «магазин». Здесь не купцы, а купчики, по крайней мере по виду. Блеск им чужд. Иной купчина-старовер, имея стотысячный капитал, сам сидит в мясной лавке, метелочкой отгоняя мух от мясных туш. Таковы же и покупатели – публика скромная.
Здесь не встретишь ни холодного полированного мрамора, ни пугающе громадных стеклянных витрин, ни одетых по последней моде покупателей, подкатывающих к дверям магазинов на дорогих экипажах. Рогожские крепко держатся за старину. Шум Первопрестольной здесь слабеет. С тех пор как четыре века назад в этих краях пальнула пушка, развеяв в пространстве прах Самозванца, ничто всерьез не нарушало покоя обывателей. Знаменитые московские пожары – и те не натворили больших бед в этом уголке второго города империи. Бывает, грянет в небе гром, и богобоязненный мещанин перекрестится и пробормочет: «Осподи Сусе». Только-то и всего.
Теплый майский день был хорош. Прогремела над городом мимолетная гроза, вымыла свежую зелень деревьев и тротуары, обратила в жижу конский навоз на проезжей части и ушла греметь дальше на восток. Иссякла вода в водосточных трубах. Выглянуло солнце, и капли на листве засверкали поистине волшебно.
Радоваться бы в такой день! А тут – «держи-и!»
Прямо по середине улицы резво мчался мальчишка лет тринадцати. В его прижатой к груди руке имелся калач, цепко схваченный за румяную ручку. Вслед за мальчишкой из дверей хлебной лавки выскочил приказчик и немедленно огласил улицу воплем праведного негодования:
– Калач скрал! Хватай его, беса! Сто-о-ой!..
Немногочисленная публика проявила интерес. Один прохожий метнулся было наперерез мальчишке, но как-то неубедительно – как видно, сообразил, что поскользнуться на мокрых торцах да и растянуться ко всеобщей потехе – раз плюнуть, и состорожничал. Неудивительно, что воришка без труда избежал встречи с осторожным. Но приказчик, влекомый праведным гневом и гончим азартом, не боялся поскользнуться.
