Я вошла на кухню, стараясь ступать легко и непринужденно.
Проходя мимо моей двоюродной сестры, которая стояла как вкопанная на белой плитке, изучая каждое мое движение, я начала открывать шкафы и ящики в поисках кофейных зерен, чтобы, по крайней мере, напоить свой мозг кофеином, прежде чем Чаро начнет допрос. Или Аарон проснется, и мне придётся встретиться с ним лицом к лицу.
— He dejado una cafetera preparada (Я оставила кофеварку наготове), — пропела Чаро позади меня. Она приготовила для меня кофе. Это могло означать только одно: она что-то задумала. — Est'a ah'i, mujer. En la encimera. (Он там, женщина. На столешнице)
Кофе стоял на столешнице.
Все еще стоя к ней спиной, я пробормотала слова благодарности и продолжила наливать немного черного добра в кружку.
К большому неудовольствию моей похмельной головы — но не удивлению — она продолжила свой монолог еще до того, как я успела сделать первый глоток.
— Hay suficiente para ti y para tu novio, — она сказала мне, что кофе будет достаточно для меня и моего парня. — Imagino que no tardar'a en despertarse ?no? Oye si quieres ir a llamarle para que no se enfr'ie el caf'e… (Думаю он скоро очнётся, да? Эй, если ты хочешь позвать его, чтобы кофе не остыл...) — продолжила Чаро.
Если она пыталась заставить меня сходить за Аароном, чтобы кофе, который она приготовила, не остыл, то у нее на уме было другое. Скорее кофе спонтанно превратится в кубики льда, прежде чем я добровольно вернусь в эту комнату.
— Menuda sensaci'on ha causado en la familia. Tu madre no pod'ia parar de… (Это была сенсация в семье. Твоя мама не могла остановиться…) — а затем она продолжила рассказывать мне о том, когда, как и что было сказано о моем — фальшивом — парне, Аароне, всего за двадцать четыре часа, которые он провел в стране.
Что было немало, учитывая короткий промежуток времени.
Именно поэтому то, что Чаро делила с нами жилье, было так опасно. У нее не было никаких социальных фильтров и никакого уважения к частной жизни. Я была искренне потрясена, что она не ворвалась в нашу комнату и не вытащила моего фальшивого парня из постели, чтобы продолжить свое исследование.
Болтовня Чаро продолжала наполнять кухню, когда я рассеянно кивнула головой.
— Y justo como le dije a tu madre, llegar'a un d'ia en el que Lina tendr'a que superar lo de Daniel, — и как я сказала твоей маме, придет день, когда Лине придется забыть Даниеля. — Sino se va a quedar para vestir santos y…
Господи, моя кузина только что употребила то испанское выражение, которое я так ненавидела. То, которое я слышала, которое обращалось ко мне не раз, его всегда бормотали или шептали, или просто так, как она делала, громко и ясно. Se va a quedar para vestir santos. Что буквально переводилось как что-то о одевании святых и означало, что я останусь одинокой и посвящу свою жизнь Богу до конца своей жизни.