Какие у него намерения в отношении нашей маленькой Лины?
Моя челюсть упала на пол.
Чаро, казалось, на мгновение задумалась об этом.
— No lo s'e, Mam'a (Не знаю, мама), — ее глаза остановились на мужчине позади или, скорее, надо мной. — Аарон, каковы твои намерения в отношении Лины? Ты ведь не просто дурачишься, не так ли? Что вы думаете о браке? Потому что Лине скоро исполнится тридцать и…
— Чаро, — перебила я ее. — Ya basta (Прекрати), — прошипела я. — И мне всего двадцать восемь. Господи.
Аарон усмехнулся позади меня.
— Брак – один из моих любимых институтов.
Моя челюсть ударилась об пол.
— Я всегда хотел жениться.
У меня перехватило дыхание, рот все еще был открыт.
— Завести кучу детей. И собаку тоже.
С трудом сглотнув, я изо всех сил постаралась скрыть свой настоящий шок. Я попыталась овладеть своим разумом, который блуждал в опасных розовых образах, рожденных словами Аарона.
Фейк. Он говорит только то, что хочет услышать каждая семья.
И тогда он действительно пошел на это.
— Мы любим собак, не так ли, bollito (булочка)?
Сумев поднять челюсть с пола, я ответил слабым:"
"— Да, — затем я покачала головой и каким-то образом пришла в себя. — Вот почему у нас их будет целая куча. Вместо детей.
Его смешок защекотал мне ухо.
— Но у нас еще много времени, чтобы поговорить об этом, — процедила я с фальшивой улыбкой.
— Ay que bien (Как мило)! Собаки, дети, настоящая любовь. Как раз вовремя, пока ты не стала слишком старой, — Чаро захлопала в ладоши, и я бросила на нее взгляд. — Mujer, no te pongas as'i, — не будь такой, сказала она. — Ты пробовал этот хамон, Аарон? Если ты когда-нибудь женишься и переедешь в Испанию, у тебя будет столько хамона, сколько ты захочешь.
Переехать в Испанию? Господи, чего она хотела? Заставить меня потерять самообладание?
Моя кузина продолжила: — Видишь ли, Лине пришлось уехать в Америку много лет назад из-за всего, что произошло, и…
— Чаро, — оборвала я ее, мое дыхание стало тяжелым. — D'ejalo ya, por favor (Завязывай с этим, пожалуйста), — умоляла я ее прекратить это.
В дверь снова позвонили. И я пробормотала себе под нос не очень тихое проклятие.
— Ой! Они здесь! — объявила моя кузина.
Что? Кто?
Затем она взяла мать под руку, и они вместе выскользнули из кухни.
Рука Аарона нежно сжала мою руку, и я выпустила весь воздух из легких.
После этого я была на взводе. И я собиралась проигнорировать — нет, забыть — его комментарий о браке, детях и собаках, потому что это было совершенно неуместно.
И я сделала это, как только его пальцы спустились к моему запястью. Прикосновение — ласка — такое легкое, такое короткое, но такое сильное, что оно вызвало волну дрожи, которая распространилась по всему моему телу.
— Расслабься, — сказал он мне на ухо. Его пальцы начали описывать круги по коже моего запястья.