Аврора тоже это знала, что, вероятно, было еще одной причиной, по которой она так быстро согласилась позаботиться о нем. Она, наверное, боялась, что я запру его в подвале, если он будет слишком громко плакать.
Я оторвал взгляд от Рори и моего сына, ненавидя то, в какое замешательство повергло меня это зрелище, и как оно напомнило мне о моих недостатках. Обычно я использовал эти недостатки в своих интересах, но в ситуации, подобной этой, их было невозможно обернуть в свою пользу.
Я провел рукой по волосам, пытаясь сосредоточиться. Взглянул на задницу Рори, чтобы настроиться на другой лад. Она была в джинсовых шортах с высокой посадкой, которые позволяли мне видеть впадинку под ее ягодицами и бедра, когда она спала в этой позе.
Рори прочистила горло, и я одарил ее похабной улыбкой.
— Сегодня Баттиста будет спать между нами, чтобы он не свалился, — многозначительно сказала она.
Я обошел кровать и растянулся на другой стороне. Я не ожидал, что сегодня вечером будет что-то интересное.
Она хотела, чтобы я, по крайней мере, искупил свою вину. Но дорога к искуплению была для меня закрыта.
Может быть, это изменилось бы, если бы у нас с Рори начались отношения, а может быть, и нет. Может быть, такого рода эмоциональная связь всегда ускользала от меня. Рори не хотела рисковать, и часть меня была рада, потому что это защищало ее от меня. Но другая часть, которая, к сожалению, росла день ото дня, хотела ее любой ценой."
"— Ты можешь выключить свет? — спросила она.
— А ты не боишься оказаться со мной в темноте? — я пошутил только наполовину.
— А это имеет значение? — ее голос звучал устало.
В темноте монстр всегда был на грани проявления, его труднее контролировать и держать в клетке. Но Рори была права, этот монстр не звал ее.
Я надеялся, что этого никогда не случится.
* * *
Той ночью я совсем не спал. Не только потому, что ребенок трижды просыпался с отчаянным криком, пока Аврора не покормила его из бутылочки и не укачала на руках.
Мы с ней не разговаривали, пока она заботилась о нем. Она — потому что была измучена и зла на меня, а я — потому что благоговел перед ней и все еще пытался придумать, как пережить следующие несколько недель. Черт возьми, даже ближайшие несколько дней.
Нам с Авророй понадобилось бы веское оправдание, почему мы не остались на гонку, вернулись в Лас-Вегас и почему она переехала в квартиру так рано. Люди ожидали такого странного поведения от меня, но не от Рори, хотя она была непредсказуемой с тех пор, как мы провели ночь вместе.
В тот вечер я получил несколько сообщений от Массимо и Алессио, и особенно последний ясно дал мне понять, что именно он думает о том, что я где-то гуляю с Авророй.
Солнце еще не взошло, когда я наконец встал с кровати и оделся.