Я разрывался между гневом из-за этого главного секрета, который она хранила для Невио, и восхищением тем, что она заботилась о ребенке, который даже не был ее собственным, когда ей было всего восемнадцать. Эта девушка была лучшей матерью, чем многие женщины гораздо старше, такие как настоящая мать ребенка.
— Ты знаешь, где Невио? — спросил я.
Она с гневным видом покачала головой.
— Он должен был сегодня присмотреть за Баттистой, но так и не появился.
— Я полагаю, он возложил большую часть работы по уходу за ребенком на тебя?
Она кивнула.
— Он пытался быть рядом с нами, но ему было трудно смириться с тем, что он отец. Карлотта помогала мне.
Она действительно защищала его? После всего дерьма, которое он натворил?
Когда я узнал, что у меня есть дети, я знал одно наверняка: что я буду заботиться о них, что я возьму на себя всю ответственность и что их потребности превзойдут мои собственные.
Мальчик посмотрел на меня, и это снова ударило меня, как гребаный кувалдой.
— Пошел он! — прорычал я.
— Римо, — укоризненно сказала Серафина, потому что Баттиста снова заплакал. Она погладила его по спине, но он еще теснее прижался к Авроре. Было очевидно, что он очень привязан к ней.
— Бедняжка, ей столько пришлось пережить, — пробормотала Серафина. Я мог видеть, как ее материнские инстинкты снова пробуждаются, но этот ребенок не был нашим. Это был ребенок Невио.
Тем не менее, я уже чувствовал, как во мне растет чувство защищенности. Теперь этот мальчик был частью нашей семьи.
Я повернулся к Массимо и Алессио.
— Где Невио? Больше никакой лжи. Это слишком серьезно для вашей ерунды о преданности.
— Мы не знаем, — сказал Алессио, пожимая плечами.
— Он исчез, не сказав ни слова. Мы не видели его и не разговаривали с ним более двадцати четырех часов. Может быть, он отправился в рейд, чтобы проветрить голову.
Я сомневался в этом.
Наш последний разговор промелькнул у меня в голове.
«Я уйду, если когда-нибудь буду бояться нарушить свое обещание».
Так ли это было?
— Проверьте его комнату. Его одежда исчезла?
Массимо и Алессио ушли.
— Как ты думаешь, его не будет дольше, чем обычно? — тихо спросила Фина, ее глаза расширились от беспокойства.
— Убегает от своей ответственности, — с усмешкой сказал Фабиано.
Я не рассказал Фине о своем разговоре с Невио. Это только заставило бы ее волноваться еще больше.
— Он вернется, — я не чувствовал той уверенности, которую выражал мой голос.
— Как давно ты знаешь об этом? — спросил я Фабиано.
— С утра. Если бы я знал раньше, я бы сказал тебе и надрал задницу Невио за то, что он взвалил на Аврору подобную задачу. Она сама еще почти ребенок.
— Я совершеннолетняя. И я хорошо заботилась о Баттисте.
— В этом никто не сомневается, — сказал Нино.