— Хранить секрет такого масштаба может выглядеть как предательство по отношению к Фабиано, но разглашение может иметь последствия, о которых лучше не думать. Мы можем только надеяться, что Аврора ничего ему не скажет и пыль вокруг этой ситуации уляжется.
Я сомневался, что Аврора проболтается. Она не была такой, даже если пригрозила мне, что расскажет ее отцу.
— Полагаю, ты знаешь, что тебе следует держаться подальше от Авроры до дальнейших указаний, — тихо сказал Нино.
— Конечно.
ГЛАВА 15
Аврора
Это был не первый раз, когда я проводила время вдали от дома. Два предыдущих лета я провела пару недель с Адамо и Динарой на гоночной трассе, чтобы присмотреть за их сыном Романом, пока они занимались делами.
Но на этот раз меня не будет дольше. Может быть, всего два месяца летом, а может и больше. Я не была уверена, сколько времени понадобится моему сердцу, чтобы исцелиться, сколько времени потребуется, чтобы смириться с тем фактом, что мы с Невио были плохой идеей, которой никогда не суждено сбыться. Мне хотелось превратить любовь в ненависть, хотелось защитить свое сердце чистым презрением к мужчине, который игнорировал меня большую часть моей жизни, а затем лишил меня девственности, даже не осознавая, что это я, как будто я была настолько незначительной для него, что даже тогда он не заметил моего присутствия."
"Когда я приземлилась в Нью-Йорке, то сильно занервничала, хотя и не была одна. Папа настоял на том, чтобы сопровождать меня. Я предположила, что он хотел убедиться, что я действительно хорошо защищена. Отношения между Каморрой и Фамильей все еще были несколько шаткими, несмотря на брак Греты с Амо.
Я ненадолго задумалась о том, чтобы пожить с ними, но они были молодоженами, так что мое присутствие, скорее всего, их бы смутило. Не говоря уже о том, что Грета была слишком близка с Невио. Это казалось ужасно плохой идеей.
Мы с папой взяли такси до таунхауса, где жила моя тетя Ария со своей семьей. Мой двоюродный брат Валерио был примерно моего возраста, но я видела его не очень часто из-за расстояния между нами и войной.
Папа в основном беспокоился о том, чтобы я находилась под крышей Луки и следовала его правилам все время моего пребывания. Лука был Капо Фамильи и, судя по частым папиным разглагольствованиям, чересчур самоуверенным безумцем.
Я никогда не упоминала, что у Римо тоже была не самая лучшая репутация.
Когда мы остановились перед их домом, я почувствовала легкую нервозность. Дверь открылась, когда мы с папой подошли к лестнице, ведущей ко входу.
Ария, в непосредственной близости от Луки, стояла в дверном проеме. Ее сияющее выражение лица успокоило мое беспокойство. Лука выглядел менее воодушевленным, хотя я приписала это встрече с папой.