Автор
В зале страсти: мощные вздохи и животное безумие альфа-сексуальности сводят тебя с ума. От его пристального изучения каждая твоя часть — от груди до бинтованной талии — становится предметом его молчаливого наблюдения, создавая невообразимую атмосферу нереальности и напряжения.
Они были старыми, но сейчас выглядели еще хуже.
— Может, потому что ты пропала и я, черт раздери, не знал где ты и, что с тобой?
— Возможно, мне лишь кажется, но создается ощущение, что ты переживал обо мне. Не слишком ли много чести для меня?
— Ты моя омега, — твердо. Ставя перед фактом и словно вбивая мне это в сознание.
— Когда-то ты говорил, что я хуже собаки. Мечтал заживо закопать. А ведь это было совершенно недавно. Что же изменилось?
— Мои намерения к тебе.
А вот это был слишком тонкий лед, который мне трогать не хотелось.
— Тебе лишь кажется, что что-то изменилось, но это не так. Для тебя я все так же раздражающий пацан.
Вавилон усмехнулся. Наклонился еще ближе, но своих пальцев от моих ссадин не убирал. Прикасался к ним слишком осторожно. Даже бережно, но вот от самого альфы исходило нечто другое. Животное. Горячее. Терзающее.
— Хочешь докажу, что в тебе не вижу парня, глупая омега? Хоть и моментами ты все еще раздражаешь.
Я не успела ничего ответить. Губы Вавилона коснулись моих губ и это был не просто поцелуй. Скорее нечто похожее на клеймо. Грубое, но обжигающее. Подобное раскаленному металлу.
Я почти сразу отвернулась, но поняла, что сделала это слишком поздно.
Буквально в полуметре от нас стоял Помпей.
Воздух, пронзаемый его запахом, выдавал только ярость, а желтые глаза — нечто безумное.
— Я так понимаю, что ты уже знаешь, что Нуб омега, — сказал он Вавилону.
На меня Помпей не смотрел. Так, словно я в одно мгновение перестала для него существовать.
Глава 23 Иначе
— Знаю. Уже давно, — Вавилон отстранился от меня, но встал так, что теперь, подобно стене, собой закрывал от Помпея. — И так же я знаю, что она Моя омега.
Да что он говорил?
Я словно приросла от страха к капоту машины, не в силах сдвинуться, и только могла неотрывно смотреть на альф. Я понимала, что их встреча была неизбежна. Но Вавилон сделал нечто ужасное, сказав эти слова. В тот момент, когда над городом нависла угроза, он сделал столкновение между двумя лидерами неизбежным.
— Неужели? С чего же такое решение? — Помпей приподнял один уголок губ. Он выглядел не просто злым. Разъяренным. И его глаза, которые постепенно начинали желтеть, наводили на далеко не самые приятные мысли. — Она тебе, уебок, в вечной любви поклялась?
— Прекратите, — я спрыгнула с капота машины. — Я приехала сюда для того, чтобы просто поговорить с ним.
— Отлично ты разговариваешь, — Помпей посмотрел на меня, как на ничтожество, но, в тот же момент, как на пустое место.
