Автор
В зале страсти: мощные вздохи и животное безумие альфа-сексуальности сводят тебя с ума. От его пристального изучения каждая твоя часть — от груди до бинтованной талии — становится предметом его молчаливого наблюдения, создавая невообразимую атмосферу нереальности и напряжения....
— Когда это началось? Почему он ничего не говорил?
— А ты почему не рассказывала, что ты омега? — Голод злился. Это ощущалось в голосе. В его взгляде.
— Я… не могла, — я вновь качнула головой. Рвано и сбито. Растерянно. — Расскажи. Когда это началось?
— Я точно не знаю, — в голосе Голода проснулась беспрекословная сталь. — Мне стало известно, когда Помпею было уже совсем паршиво.
— Он и тебе не рассказывал?"
"Голод еле заметно кивнул. Достал сигарету и подкурил ее.
— Ты жил… жила с ним. Прекрасно знаешь Помпея и то, что он никогда не желал и не мог рассказывать о своих слабостях.
— Почему, он тебе рассказал, а мне — нет? — я стиснула зубы. От слов Голода меня будто ледяной водой окинуло и я тут же зарылась в свои воспоминания.
Я правда ничего не замечала. Лишь сейчас, окунаясь в собственное сознание, вспоминала о том, что Помпей и правда становился более бледным и серым. Меньше двигался. Мог прямо у себя в кабинете заснуть, хотя раньше такого никогда не происходило.
А я шутила над ним. Насмехалась.
«Выглядишь паршиво. Аж смотреть на тебя не хочется. У тебя пошли недели пьянок? Продолжишь так и ни одна девчонка на тебя не посмотрит»
Как-то я дала Помпею чашку, а его рука дрогнула и он выронил ее.
«Черт, поосторожнее быть нельзя?»
Мне стало обидно, ведь я тогда старалась, пока варила кофе для него. А Помпей просто взял и упустил его.
«Свали, Нуб» — он положил ладонь на предплечье той руки, из которой выронил чашку. Будто ему было больно.
Я тогда подумала, что он просто с кем-то подрался и не стала это комментировать. Была сконцентрирована на том кофе, который он так и не выпил. Упустил. И к этому отнесся с таким безразличием. Хотя, я действительно старалась, когда варила его для него.
Я не обратила внимания на его боль. Я была сосредоточена на своей обиде за пролитый кофе.
Как вообще можно не заметить боли близкого человека?
— Почему он мне не рассказал? — повторила свой вопрос.
— Потому, что ты не смог бы… не смогла бы исполнять роль следующего вожака.
— Так он действительно собирался поставить меня вместо себя? Меня следующим вожаком его стаи?
— Да. Я никогда не понимал его привязанность к тебе.
