Автор
В зале страсти: мощные вздохи и животное безумие альфа-сексуальности сводят тебя с ума. От его пристального изучения каждая твоя часть — от груди до бинтованной талии — становится предметом его молчаливого наблюдения, создавая невообразимую атмосферу нереальности и напряжения....
Приходила за советами. Спрашивала про гон.
— Когда я расспрашивала про альф, я хотела понять, как мне себя вести и… иногда пыталась узнать хоть чуточку больше о тебе. Ты же чаще всего на своем примере рассказывал мне про альф.
— Ты мне лгала.
— Ты прекрасно знаешь, что я не могла признаться. И, во-первых, это было бы опасно для тебя. Во-вторых, я боялась разрушить то, что между нами было. В-третьих, кто ты, а кто я? За тобой толпами бегали девушки. Ты мог выбрать любую, а я поломанная омежка. Если бы ты мне отказал, а я была уверена, что именно так и будет, это меня бы уничтожило.
Я сглотнула и с огромным трудом произнесла следующие слова:
— Я боялась твоего отказа.
Помпей еле заметно наклонил голову набок. На меня смотрел неотрывно, но то, что я видела в его потемневших глазах, понять не могла. Вот только, в этот момент перед ним ощущала себя не просто душевно обнаженной. Скорее, как никогда раньше уязвимой.
— Ты спросил, в чем проявлялась моя любовь к тебе. Во многом. Но я стыдилась этого.
Помпей приподнял бровь, а я произнося все эти слова покраснела настолько сильно, что, казалось, еще немного и вовсе загорюсь.
— Лиса…
— Пожалуйста, не перебивай, — я выставила руки вперед. — Я хочу договорить. Во многом я думала, что переживаю эту любовь наедине с самой собой и внешне подобное никак не выказывается, но, если смотреть правде в глаза, это не так.
— И какое же внимание я должен был дать брату из того, которое я тебе тогда не давал?
— Ну… в моих мыслях ты частенько подходил ко мне, брал за руку, наклонялся и целовал, — щеки загорелись еще сильнее и появилось желание провалиться сквозь пол.
— Ты издеваешься? Я то думал с какой еще стороны мне подойти к брату, чтобы он перестал постоянно беситься по непонятным мне причинам. А, оказывается, я его поцеловать должен был.
— Да, я понимаю, звучит нелепо. Но мне наши отношения казались невозможными. А… чувства были сильными, — я все же опустила голову. Спрятала взгляд. — И я постоянно ревновала.
