Автор
В зале страсти: мощные вздохи и животное безумие альфа-сексуальности сводят тебя с ума. От его пристального изучения каждая твоя часть — от груди до бинтованной талии — становится предметом его молчаливого наблюдения, создавая невообразимую атмосферу нереальности и напряжения....
Вы сможете их просмотреть?
— Что-то не так? — моя рука дрогнула. Честно говоря, с тех пор, как я начала лечиться, каждый месяц проходил для меня в ужасном напряжении. Моя надежда таяла, но хуже всего было осознание, что я лишаю Эйдана чего-то важного для него.
По тому, как врач замялась, я посчитала, что происходит что-то не очень хорошее, и, остановившись, присела на лавочку недалеко от парка.
— Лилли?
— Все в порядке. Честное слово. — произнесла странно она, совершенно меня не убедив. — Просто посмотрите сами, пожалуйста.
— Хорошо. Кидай на почту. — я прикрыла глаза.
Мы попрощались. Какое-то время я сидела и молча смотрела вдаль, на то, как дети играют в догонялки между деревьев парка и весело смеются.
Затем достала снова телефон и открыла почту. Там уже было новое письмо с прикрепленным документом. Развернув его, я уставилась на строчки. Черт, что за странные результаты? Я мельком видела их в компьютере врача, но обычно они выглядели по другому, а тут…
Я вчиталась в буквы. Когда я дошла до последней строчки, внутри словно лопнуло что-то напряженное все это время, разливаясь теплом по груди.
“Беременность: 8 недель”
Глава 41 Счастье
Беременна… Беременна восемь недель.
Я больше ста раз перечитала эту строку, словно все еще не верила в то, что подобное может быть правдой. Все это время не двигалась и, казалось, даже не дышала, но улыбалась настолько сильно, что даже щеки заныли.
Стоило мне хотя бы частично прийти в себя, как я тут же перезвонила врачу.
— Анализы точные? — спросила, наконец-то делая глубокий вдох.
— Более чем, но, если вы желаете, мы сделаем повторные. К тому же, уже теперь нужно провести обследование касающееся вашей беременности.
— Я приеду завтра утром.
Больше всего на свете мне хотелось прямо сейчас рассказать эту новость Помпею. Более того, я порывалась чуть ли не сию секунду позвонить ему, но все же каким-то образом сдержала себя. Решила, что правильнее будет рассказать после повторных анализов и результатов обследования. Так, чтобы все было уже точно.
Уже сидя в машине, я положила ладонь на живот. Очень осторожно. Так, словно прикасалась к чему-то до невозможности хрупкому и, в тот же момент невероятно ценному — настоящему сокровищу.
Сегодня Помпея не было в столице. Он еще утром уехал на восток страны и должен был вернуться только завтра ближе к вечеру, поэтому дома я была одна. Ходила по комнатам, светилась от счастья, а следующим утром, отодвинув все дела сразу же поехала к доктору.
