Автор
Неужели? Моя дыхание замирало каждый раз, когда Вавилон поднимался вверх от его глубоких вздохов. Его глаза светились безумием, охватывая меня с головы до ног — от щек до нежно-пухлой груди, скрывающейся под белыми бинтами.
— И, может, напомнить тебе твои пожелания? — он говорил медленно и расслабленно, но в каждом его слове звучала неприкрытая угроза и насмешка. Власть над ситуацией. — Ты предлагала мне потрахаться, чтобы снять метку. Хорошо. Давай. Сразу несколько проблем решим.
— Черт побери. — шикнула я, пытаясь выдернуть руку, но куда там. — Я говорил это, когда ты считал меня альфой. А что, у тебя встал при мысли поиметь парня? С чего ты сейчас это вспомнил?
— Блядь. — на лице Вавилона появился оскал. — Ты сейчас ходишь по тонкой грани.
Свободной ладонью сжав мои волосы, он обнажил мою шею и наклонился к ней, медленно вдыхая запах. Я чувствовала отголоски его дыхания, врезающегося в кожу. Когда он оказался в миллиметре от моих губ, то наши взгляды пересеклись и мое тело тут же охватила слабость. В глазах Вавилона было что-то темное, глубокое и яростное.
— Я каждое твое слово запомнил, омега. — произнес он, и я ощутила искры напряжения, проскочившие между миллиметрами, разделяющими нашу кожу. — И за каждое заставлю ответить.
Глава 5 Признаю
— Нет, не хотел, — я отрицательно качнула головой, еле произнося предательски прерывистые слова. Проклятье, из-за запаха альфы я не могла нормально дышать. Он пробирался в сознание. Против воли дурманил хуже самого крепкого алкоголя и на мыслях оставлял трещины.
Я раз за разом пыталась взять себя в руки. Ненавидела себя за слабость перед тем, чему хотела противостоять, но не могла этого делать.
— Почему ты так нервничаешь? — спросил альфа, наклоняясь ниже. Одним лишь непроницаемым взглядом подавляя. — Может, мне поцеловать тебя, чтобы ты расслабилась?
— Прекрати. Я все это говорил несерьезно…
Я не договорила. Вавилон положил свою огромную ручищу мне на талию. Сжал ее и я вздрогнула. Интуитивно дернулась в сторону, желая избежать такой близости с альфой, словно он являлся опасным огнем, но, когда Вавилон наклонился и своими губами прикоснулся к моей шее, я замерла, словно меня парализовало электрическими разрядами.
"Там, на коже полоснули огоньки. Слишком горячие. Полыхающие. Распространяющиеся по телу, словно яд. Губы у Вавилона очень жесткие. Даже грубые. Поцелуй точно такой же. Мне казалось, что он не пытался меня расслабить. Скорее наказывал. Медленно, но слишком ощутимо. Истязающе.
