Автор
Взрослых, где сила и власть перестали быть чем-то священным. "Испорченный король" — ужасная история о том, как даже самый могущественный из них потеряет достоинство, когда путь к высоким постам приводит к греху и насилию. Это не для тех, кто предпочитает банальщину или сказки-грезы — это глубоко запоминающееся путешествие через мир, где правда может быть страшнее мистики....
– Я так хочу позлорадствовать по поводу встречи со своими кумирами.
– Ты закончила? – Эйден, похоже, не впечатлен. Он был в плохом настроении с тех пор, как практически вытащил меня из раздевалки.
Я перевожу взгляд с телефона на него. Он снял свою спортивную куртку, оставшись в белой рубашке с закатанными до локтей манжетами. Вид его сильных предплечий и татуировок завораживает меня каждый раз. Он запихивает в рот картофель фри и свирепо смотрит на мой телефон.
Кажется, мой энтузиазм не произвел на него впечатления, но я все равно улыбаюсь.
Однако при наличии нужных связей и фамилии Кинг все может быть возможно. Эйден сказал, что президент «Арсенала» – друг семьи. Конечно, так оно и есть. Иначе Эйден не смог бы провести меня вальсом прямо в раздевалку команды.
– Спасибо, что отвез меня туда, – говорю я.
Он хмыкает в ответ и продолжает запихивать картофель фри себе в глотку.
– Перестань пялиться в свой телефон и ешь. Ты даже не притронулась к еде.
– Ооокей. Ты говоришь совсем как тетя. – Я кладу телефон на стол и принимаюсь за салат. – Из-за чего ты так расстроен?
– Ты делаешь вид, будто не знаешь?
– Э-э… не совсем? Кажется, после того, как ты был в раздевалке, что-то пошло не так.
– Не боготвори других мужчин в моем присутствии. Мне это не нравится.
Взрыв смеха вырывается из моего горла.
– Ты ревнуешь, могущественный Кинг?
– Черт возьми, я действительно ревную. Я так привязан к тебе, что это сводит меня с ума.
Я сдерживаю ухмылку и пытаюсь наколоть на вилку салат. Неужели это так неправильно, что мне нравится сводить его с ума? Я кайфую от этого чувства и, как любой наркоман, хочу большего.
– Так вот почему ты ударил Ксандера и угрожал Коулу?
Он прекращает есть, слегка прищурившись, прежде чем одарить меня дьявольской угрожающей улыбкой.
– Ты думаешь, это забавно – злить меня?
– Я не понимаю, о чем ты говоришь.
– Так вот почему ты устроила то шоу с Нэшем?
– Мы с Коулом обсуждали философские теории.
– Например?
Моя голова наклоняется. Коул сказал, что книга Сартра «Тошнота» принадлежит Эйдену.
Я все еще не думаю, что он из тех, кто интересуется философией.
– Экзистенциализм, – говорю я. – Когда-нибудь слышал о таком?
– Скучно и нелогично. Дальше?
Я играю вилкой на тарелке.
