Автор
В туалете дверь резко открывается, и на пороге появляется бешеный взгляд — это выстрел из памяти несет с собой гнев и тревогу. Тело словно обливается кипятком, каждый клеточей оно воспринимает напряжение момента, а затем — жар, судорожный вдох, от которого хочется закричать от боли... Чем завершится эта тихая пристрелка?...
Будучи скрытой тканью черной футболки, внешне она была незаметна, но от Империи это не скрылось. Он безошибочно посмотрел на плечо.
— Я о красной отметке.
— А. — альфа уже забыл о ней. В конце концов, это было не так важно, потому что он сделал, что хотел — зверек теперь был около него. — Это не имеет значения.
Империя молча смотрел на него какое-то время. Потом произнес:
— С двумя отметками тебе откажут в продолжении рода, значит, омега такому, как ты, не положена. Ты понимаешь это?
— Я сказал, что это не так важно.
— Отчасти. Я вызвал тебя из-за вашей с Вавилоном дележки территорий. Вы оба наводите слишком много шума. Когда я уходил, я хотел видеть сильного лидера, который сохранит порядок, но ваша возня меня раздражает.
— Почему-то я не вижу здесь Вавилона, раз разговор зашел об этом. — Помпей открыто встретил взгляд бывшего лидера, что, в принципе, могло бы считаться вызовом. — Если хочешь предложить мне уйти в тень и уступить лидерство этому ублюдку — я этого никогда не сделаю.
— Выбирай слова. — оборвал его Империя. — Ты слишком молод, чтобы грубить мне. Помни о том, что я сам ушел с поста лидера, и меня не свергали. Пока я могу раздавить любого из вас двоих, и большинство меня поддержит. Эй. — он обратился к мужчине, который работал в его доме и тенью стоял возле двери, сохраняя молчание. — Позови этих двоих, пусть зайдут.
Помпей сдвинул брови на переносице и покрутил в ладони смятую сигарету.
Бывший лидер был, в принципе, прав. Ни он, ни Вавилон еще не стояли твердо на ногах.
Дверь в комнату открылась и зашли двое парней. Взгляд Помпея тут же переместился к ним. Эти двое были чуть старше него.
— Я не собираюсь мешать или делать выбор между вами, — услышал он спокойный голос Империи. — В итоге все равно однажды останется сильнейший, и пусть жизнь решит, кто из вас таким окажется.
— И что же это?
— Всего их четверо. Война, Чума, Смерть и Голод, — Империя обернулся в сторону вошедших парней. — Война и Чума отойдут Вавилону. Перед тобой Смерть и Голод. Теперь они твои.
— Ты серьезно? — Помпей иронично приподнял один уголок губ.
Он посмотрел на этих двоих.
Смерть был высоким и массивным. Весь в черном.
