Автор
В низменной клинике врачихи игнорируют твои крики о помощи, вместо того чтобы лечить — лишь усиливают унижение и страх. Ты стоишь между женской мечты и нестерпимого наказания, когда внезапно чувствуешь себя в силах противостоять. Внутренняя борьба за достоинство вырастает из твоей жизни, отжигая тебя до костей....
Например, моя сестра была готова ему подыгрывать. Играть любую роль, которую бы только мужчина пожелал. Но нет, выбрал он совершенно другую сестру! Бесит!
Единственное что меня радовало эти несколько дней, так это то, что у Айдарова кажется произошел какой-то завал на работе и он уезжал рано утром и возвращался поздно вечером. Злой. Уставший. Это все я наблюдала из окна своей комнаты. Конечно я не спускалась к нему на ужин. А когда вчера он сам зашел в мою спальню, я очень старанно делала вид, что крепко сплю. Хотя сердце тарабанило в груди с такой силой что в какой-то момент мне показалось, что Айдаров меня раскусит.
Тот наш разговор за столом, когда мужчина отказал мне даже в самых невинных вылазках из этого чертового дома, очень сильно меня разозлил. И я решила игнорировать мужчину до выходных. До минимума свести наши случайные стычки в коридорах. Поэтому на завтрак я спускалась до неприличия поздно. А ужинала наоборот слишком рано.
В доме была горничная, которая кажется была главной над всеми остальными.
Айдаров запрещает мне делать то что хочу я. И кто сказал, что в ответ я должна составлять ему компанию за столом и выпрыгивая из трусов, делать вид, что у нас все отлично.
Нет! У нас не все отлично! Он Тиран с замашками деспота, а я хочу свободы! Хоть несколько глотков. Хоть немного. Согласна даже на чертову иллюзию и самообман!
К сожалению, единственным моим развлечением по вечерам — было окно.
Каждый вечер, я забиралась с ногами на подоконник и наблюдала за тем, как машина Айдарова подъезжает к дому. В каком настроении он выходит из автомобиля. По выражению его лица, я пыталась угадать как прошел его день.
Но как только стоило дойти в фантазиях до того момента, как та самая секретарша помогает ему избавиться от брюк, то мечтать сразу перехотелось. Я разозлилась на собственные фантазии.
