Автор
В утренней тишине раздается чудовищный вой, который заставляет всех просыпаться и обращать внимание на одну из самых драматичных квартир в целом районе. Когда полиция прибывает, они видят бессилие соседей перед безумием жильца на последнем этаже.
– Что ты мучаешь меня, Дина? – Вера говорила с трудом, губы были искусаны, глаза воспаленные, больные. – Она убила Марину? Дочка Олега?
– Дело в том, что Ира это отрицает, а улик на нее нет. Пока.
– Но она же Олегу сказала.
– А на допросе отказалась. Говорит, просто хотела причинить ему боль.
– Лучше бы она его убила.
– Ты с ума сошла. Не говори так. Олег – жертва. Ты же понимаешь.
– А как нам с этим жить дальше?
– Во-первых, скажи, как он сейчас? Как его здоровье?
– Печень она ему проткнула. Ну и прочие раны.
– Значит, полежит еще в больнице. По-моему, сейчас нужно одно: помочь ему выкарабкаться. А потом все как-то само собой решится. По обстоятельствам.
– Если она отрицает, что убила, то почему сказала ему об этом? Откуда узнала?
– Ну, Вера! Из газет. От него. От Егора. Она ведь Олега со всех сторон пасла. Для того и Егора заморочила, чтобы информацию получать, ближе к Олегу быть.
– Но если не она убила, в чем же тогда состоял ее план мести?
– Заставить его совершить с ней кровосмешение, а потом все открыть, чтобы он ужаснулся содеянному.
– Но ты же говорила, что у нее оказалось наше брачное свидетельство. Что она половину его в туалете повесила на автостоянке."
"– Мы так думали. Искали у нее метрику Марины, но не нашли. А она это так объяснила: зашла к нему на работу, увидела свидетельство в туалете, разорвала пополам. Половину унесла с собой. Чтобы воспользоваться им во время… издевательств, которые она устроила. Знаешь, когда у человека такие иезуитские мозги, он способен на что угодно… Верочка, – Дина взяла ее за руку.
– Мы им сейчас сочувствовать будем?
– Да нет. Что ты. Просто жизнь ужасна. Ищешь палача, а находишь тоже жертву. Я к чему. Ты постарайся, перестань ненавидеть Олега. Твое отношение может стать для него последней каплей. Понимаешь? Не нужно больше потерь.
– Ира точно его дочь?
– Она в этом уверена, ее мать тоже. Олег – не очень. У нас есть хороший эксперт. Он проведет экспертизу ДНК. Чтоб не было вопросов.
– Ладно. Пойду. Курицу купила, хочу бульон ему сварить. Мужу своему расчудесному, родной дочерью осчастливленному и ее каблуком проткнутому. Положила курочку в кастрюлю с водой, три раза газ зажигала и выключала. Не могу себя пересилить. Нет у меня нервов супы ему варить.
– Пойдем вместе. Я помогу.
