Автор
Молодой католический священник Тайлер Белл считал себя верным своему призванию и обетам. Но встреча с одной женщиной всё изменила. Теперь он стоит перед выбором между верой и любовью, между долгом перед Богом и страстью к земной женщине. История внутреннего конфликта и невозможного чувства.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Исповедь»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Молодой католический священник Тайлер Белл считал себя верным своему призванию и обетам. Но встреча с одной женщиной всё изменила. Теперь он стоит перед выбором между верой и любовью, между долгом перед Богом и страстью к земной женщине. История внутреннего конфликта и невозможного чувства.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Молодой католический священник Тайлер Белл считал себя верным своему призванию и обетам. Но встреча с одной женщиной всё изменила. Теперь он стоит перед выбором между верой и любовью, между долгом перед Богом и страстью к земной женщине. История внутреннего конфликта и невозможного чувства.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Аминь.
– Аминь, – пробормотали подростки, а затем разошлись по домам, к своим заботам, которые (для них) были такими же тревожными и напряженными, как и мои. Домашнее задание, влюбленности, черствые родители и грядущий выпускной в школе казались мне такими далекими. Я хорошо помнил эти проблемы, хотя они были сильно омрачены смертью Лиззи. Подростки чувствуют себя иначе, нежели взрослые, они воспринимают все острее и значительно сильнее, не имея еще жизненного опыта, который напоминал бы им, что плохая оценка или неразделенная любовь – это еще не конец жизни.
Но у меня был такой опыт. Так почему же я все еще чувствовал, что могу быть сломлен?
Закончив с молодежной группой, я сидел в своей гостиной с телефоном в руках, размышляя, должен ли перезвонить епископу. Звонил ли он, потому что Милли или Джордан рассказали ему о моих нарушенных обетах? Я задавался вопросом, смогу ли вообще продолжать притворяться, если он еще ничего не знает. А затем я увидел это – присланное в сообщении фото.
Его отправили с неизвестного номера, но как только я открыл сообщение и увидел фотографию Поппи в машине лицом к окну, то сразу понял, чей это номер. Освещение было слабым, как будто тот, кто снимал, не воспользовался вспышкой, и, похоже, снимок был сделан на заднем сиденье, что навело меня на мысль, что у них был личный водитель. Я едва мог разглядеть пряди волос вокруг шеи и ушей, мерцание маленьких бриллиантовых сережек, которые она иногда носила, перламутровый блеск блузки с завязанным бантом.
Стерлинг хотел показать мне, что он был с ней. Я допускал, что это могли быть просто невинный ужин или беседа, но, говоря откровенно, когда это ужин с бывшим был совершенно невинным?
Я пытался проглотить ощущение предательства. Разве я мог претендовать на ее время, если сам мог предложить ей только украденные обрывки своего? Я был не из тех любовников – или кем я ей приходился, – кто хотел, чтобы она отчитывалась за каждую свою минуту, за каждую мысль, в ревнивой надежде, что это сохранит ее верность. Даже если бы у меня было право требовать от нее верности (чего у меня не было, учитывая, что я был по-своему неверен, изменяя ей с церковью), я все равно бы так поступил. Любовь дается свободно и безоговорочно – это известно даже мне.
Кроме того, Стерлинг желал именно этого.
