Автор
В своем новом романе Сьерра Симоне исследует глубину человеческих связей через призму католической веры, рассказывая о священнике, влюбленном в молодую женщину. Независимо от современного Уэстона и его культурных разностей, книга остается настоящим драматическим шедевром, полным сексуальности и искренних эмоций....
Стерлинг подошел к бару, и хоть мне и было ненавистно признавать, но сейчас, когда он больше не считал меня своим врагом, я мог видеть то, что когда-то видела в нем Поппи. В его манерах была особая харизма в сочетании с особой искушенностью, которая, когда вы просто находились рядом, заставляла вас ощущать себя тоже искушенным.
– Ну, полагаю, ты пришел позлорадствовать, чего я, признаю, заслуживаю. Я буду мужиком. – Он откупорил бутылку виски и налил нам обоим хорошую порцию. Затем подошел ко мне и протянул один из стаканов.
Я буквально понятия не имел, о чем он, черт возьми, говорит, и сделал глоток виски, чтобы скрыть свое замешательство.
Стерлинг облокотился на край стола, взбалтывая виски умелым движением руки.
– Как она?
Он говорил о Поппи? Не может быть, ведь он же жил с Поппи, и все же она была единственной, кто нас связывал.
– На самом деле я пришел сюда, чтобы задать тебе тот же вопрос.
Стерлинг поднял брови.
– Так вы двое… – он указал на меня своим бокалом, – вы не вместе?
Я прищурился.
– Я думал, вы живете вместе.
Вспышка боли – настоящей боли, а не разочарования или гнева – отразилась на его лице.
– Нет, мы не… мы не вместе. Как оказалось, мои ожидания не оправдались.
Я поймал себя на том, что, как бы смешно это ни звучало, испытываю к нему жалость. Тут его слова начали по-настоящему доходить до меня, и маленький цветок надежды расцвел в моей груди…
– Но я видел, как вы целовались.
Он нахмурился.
– Правда? А, это, должно быть, было в ее доме.
– В тот день, когда ты опубликовал те фотографии.
– Знаешь, я ведь и правда сожалею об этом.
Да-да-да. Почти дела минувших дней, но меня гораздо больше интересовало, как они перешли от поцелуев в ее спальне к тому, что сейчас не были вместе. Мне нужно было подавить эту надежду, пока она не пустила корни в сердце, но я не мог заставить себя. Хотя, если она не была со Стерлингом, тогда почему не попыталась связаться со мной?
«По одному вопросу за раз», – наставлял я себя.
Стерлинг, должно быть, понял, о чем я думаю, потому что сделал глоток, а затем поставил стакан на стол и объяснил:"
"– Мне надоело ждать, и в тот день я приехал в эту чертову дыру, без обид, и сказал ей, что опубликую фотографии, если она не пообещает быть со мной. Она стояла у окна, а потом внезапно затащила меня в спальню и сорвала с меня пиджак. Я поцеловал ее, думая, что она именно этого и хотела. Но нет. После одного поцелуя она оттолкнула меня и выгнала вон.
