Автор
В своем новом романе Сьерра Симоне исследует глубину человеческих связей через призму католической веры, рассказывая о священнике, влюбленном в молодую женщину. Независимо от современного Уэстона и его культурных разностей, книга остается настоящим драматическим шедевром, полным сексуальности и искренних эмоций....
– Разве у церкви нет программного обеспечения для ведения бухгалтерского учета? – спросила она, останавливаясь, чтобы удалить строку данных, которую я нечаянно скопировал.
– Есть, обычно наш офис-менеджер занимается этим, но я не знаю, как им пользоваться.
– Итак, вы цитируете Сенеку, но не умеете пользоваться программой Quicken.
– Ты узнала, что это был Сенека? – Я невольно улыбнулся. Не так уж много людей вообще знали, кто такой Сенека, не говоря уже о том, чтобы узнать цитату из одного его письма.
– Мои родители выложили кучу денег, чтобы научить меня множеству бесполезной ерунды.
– Ты считаешь это бесполезным? Non scholae sed vitae. «Не для школы, а для жизни учимся».
– А что насчет si vis amari, ama? «Хочешь быть любимым – люби»? Я уже пробовала однажды. Ничего хорошего из этого не вышло. – В ее голосе звучала горечь.
Я положил руку ей на запястье. Мною двигало простое желание утешить того, кто испытывал боль, но я не рассчитывал ощутить тепло ее руки и не ожидал, что мое прикосновение вызовет у нее мурашки.
Мне следовало убрать руку и извиниться.
Но я не мог, так же как и сдержать слова:
– Возможно, ты любила не того человека.
Потому что кто бы не возжелал это великолепное создание? Эту хорошо образованную, неимоверно сексуальную женщину, в которой также присутствовали интеллект и чувственность? Эту женщину с бледной кожей, красными губами и мозгами, созданными для управления финансовыми империями?
Она снова встретилась со мной взглядом.
– Может быть, вы и правы, – прошептала она.
Какое-то время мы так и сидели, глядя друг другу в глаза, моя рука сжимала ее запястье, а затем – да простит меня Бог – я медленно провел большим пальцем по внутренней стороне ее запястья. Никто не увидел бы этого движения, но она определенно его почувствовала, потому что судорожно вздохнула.
Проклятье, ее кожа была такой гладкой, шелковистой. Я хотел поцеловать эту часть ее запястья, прижаться губами к пульсирующей жилке, а затем связать веревкой. На самом деле я уже поднял ее руку со стола, когда шипение кофемашины-эспрессо привело меня в чувство.
Какого хрена я творил?
Отпустив ее руку и закрыв ноутбук, я резко встал.
– Извини. Это не мое дело.
– Вы духовный наставник, – произнесла она, вглядываясь в мое лицо.
