Автор
В своем новом романе Сьерра Симоне исследует глубину человеческих связей через призму католической веры, рассказывая о священнике, влюбленном в молодую женщину. Независимо от современного Уэстона и его культурных разностей, книга остается настоящим драматическим шедевром, полным сексуальности и искренних эмоций....
Словно Вселенная, или Бог, говорит мне, что я могу поступать по-своему, но в ущерб своему самоуважению и независимости, потеряв возможность стать тем человеком, которым хочу быть. С другой стороны, какова цена выбранного мной пути? Я сбежала в маленький городок и провожу свои дни на работе, которая мне не нравится, а ночи – в одиночестве. Я сохранила чувство собственного достоинства, делаю добрые дела, но позвольте мне сказать, святой отец – добрыми делами постель ночью не согреть. И меня переполняет ужасное отчаяние из-за того, что я не могу иметь и то и другое, но очень этого хочу.
Я мечтаю о хорошей жизни, хочу любви и романтики. Но меня воспитали так, чтобы я считала одно никчемным, а другое – отвратительным. И как бы ни старалась, я не могу отделаться от мысли, что Поппи Дэнфорт стала синонимом никчемности и отвращения, хотя я сделала все возможное, чтобы избавиться от этого чувства…
* * *– Возможно, нам стоит продолжить наш разговор на следующей неделе.
Произнеся последнюю фразу, она долго молчала и прерывисто дышала.
– Ой, хорошо. Я… отняла у вас слишком много времени? Простите меня, я как-то не привыкла к правилам.
– Ничего страшного, – тихо отвечаю я.
– Да, – пробормотала девушка. Я слышал, как она собирает свои вещи и открывает дверь, продолжая говорить: – Да, полагаю, вы правы. Так что… никакого покаяния или чего-то еще, что я должна сделать? На прошлой неделе я гуглила «исповедь», и там говорилось, что иногда требуется покаяние, например, прочитать молитву Деве Марии или что-то еще."
"Немного поразмыслив и решив, что проще будет объяснить понятия покаяния и раскаяния, глядя ей в глаза, а не через эту дурацкую перегородку, я тоже вышел из кабинки и замер как вкопанный.
Ее голос был сексуальным, а смех – еще сексуальнее. Но они не шли ни в какое сравнение с ней самой.
У нее были длинные темные, почти черные волосы и очень бледная кожа, подчеркнутая ярко-красной помадой на губах. Своими тонкими чертами лица с высокими скулами и большими глазами она напоминала девушек из глянцевых журналов. Но больше всего меня привлек рот: полные, слегка приоткрытые губы.
