Автор
Начинаю свою новую жизнь в Киеве с волнением и ожиданием. Здесь жизнь бьется на перепутьях, где каждый шаг обещает неожиданности и слезы побед. Я готова стать той, кем всегда хотела быть — знаменитой, успешной и богатой, живя в этом ярком городе, где краски жизни бесконечны....
Рад, что вы всё же приняли моё приглашение.
Михаил Васильевич был, как всегда, любезен и элегантен. Костюм, как «с иголочки» сидел безупречно на его слегка полноватом, но подтянутом теле. Новейшие туфли из мягкой чёрной кожи дополняли и завершали образ английского путешественника. А тонкая полоска усов над самой губой добавляла испанский акцент в его джентльменский облик.
«Ещё бы тросточку в руки, с круглым набалдашником из слоновой кости – и можно было бы подумать, что перед вами представитель мафиозного клана, наркобарон собственной персоной», – пронеслось у меня в голове.
Я поздоровалась и передала ему свою сумку с вещами. Михаил Васильевич с лёгкостью принял тяжёлый груз из моих рук, и мы вышли из зала ожидания на привокзальную площадь, где нас ожидал автомобиль. Михаил Васильевич уложил мои вещи, усадил меня на заднее сидение, а сам сел спереди, справа от водителя.
Мы ехали в полной тишине, если не считать включенной магнитолы, из динамиков которой лилась приятная мягкая музыка.
«Ну, всё, – пронеслось у меня в голове, – вляпалась София-путешественница, искательница приключений. Вот так тупо взять и довериться первому встречному проходимцу, и теперь ехать в его машине неизвестно куда. Да, может, он привезёт тебя сейчас на какую-нибудь хату в глухом райончике, где ещё человек пять дожидаются.
Я стала оглядываться по сторонам в поисках возможного варианта побега, или чтобы хотя бы запомнить, куда меня везут. Но я совсем не знала Киева, все улицы перемешались, мелькали, сменяли одна другую, их названия ни о чём мне не говорили.
"Вероятно, Михаил Васильевич заметил моё беспокойство, потому что, глядя на меня через зеркало заднего вида, он сказал:
– Не волнуйтесь, София, мы уже почти на месте.
Я села ровно и посмотрела в зеркало: я увидела, что Михаил Васильевич смеётся. Он улыбался одними глазами. Он понял мои мысли и опасения, и это его развеселило. Мне стало конфузно и… смешно. Я не смогла сдержать улыбку и отвернулась в окно.
