Некоторое время мы гремели чашками, грели ладони о горячие фарфоровые бока, а затем только Привратник заговорил:
— До того, как вы пришли, милые леди, я как раз занимался составлением письма для императора. По поводу все этой крайне неприятной ситуации с кражей и попыткой незаконной продажи ценного артефакта.
— Ещё и долгов, — добавила ба, тихо размешивая сахар. — Этот слюнтяй Кадан сразу мне не понравился. Сомневаюсь, что даже его папенька знает о грязных делишках сыночка.
— Думаю, он не знает, — согласился Двэйн. — И его отца стоит поставить в известность. и доставить самого Кадана в столицу для разбирательств.
— Не думаю, что для обсуждения вопроса с императором необходимо его присутствие. Все доказательства его сомнительной деятельности у нас есть, — заметила я.
“Я бы мог дать показания со своей стороны. О том, как он мучил меня своей магией, а потом запер в этой коробке! — отозвался Гугл, который сидел на спинке моего кресла, невидимый для остальных. — До сих пор во рту мерзко. Эта тьма проникла везде. Теперь неделю буду вычищать!”
— Его присутствие не обязательно, но желательно, — Двэйн покачал головой. — Он тоже должен высказаться. Но независимо от этого у меня есть предложение. Я не хочу впустую доносить императору о том, что один из тёмных магов запятнал себя подобным поведением. Не хочу поднимать скандал только ради того, чтобы со временем всё бесследно успокоилось. Отец Кадана об этом позаботится. Я собираюсь ходатайствовать за то, чтобы с Эйлин и Айне сняли его метки. Или есть те, кто против?
— Я только за! — сразу отозвалась ба. — Их вообще не следовало ставить, потому что этот мальчишка бесперспективен! И вот! При немалом состоянии отца разбазарить всё и влезть в страшные долги — это ещё нужно постараться, скажу я вам!
Выслушав её, претемнейший взглянул на Айне, которая пока только молчала и пила чай. Со мной-то ему, думается, и так всё понятно. Мы с Нэссой тоже выжидательно на неё посмотрели. Она не сразу заметила, что всё внимание приковано к ней, а заметив, слегка испугалась.
— В последнее время я сомневалась, что мне это нужно. Быть леотой, — сестрица всё же взяла себя в руки. — А узнав о Кадане столько нового, я не против избавиться от его метки.
— Правильно, деточка! — одобрила бабуля. — Ты способна сама устроить свою судьбу.
— Тогда вы, если того потребует император или уполномоченное им лицо, должны честно рассказать о ваших с Каданом отношениях. Всё. О том, как он относился к вам, о чём вы разговаривали. И о том, что вообще привело к краже, — предупредил её Двэйн.
— Я сделаю всё, что потребуется, — она кивнула. — Сейчас я вовсе не уверена, что мои чувства к нему не были влиянием его магии через метку.
— Вот и хорошо. Значит, сегодня я отправлю письмо.