Эйлин/Есения чувствовала себя окружённой пламенем, словно её кожа горела от ярости и страха, когда Кадан Гард внезапно вмешался. Её руки дрожали, готовясь к ближайшему столкновению, хотя внутри всё сжигала надежда на победу. Это была испытательная точка перед величайшим противостоянием....
Да как сопротивляться, если всё вокруг принимало оттенок мрачной готической сказки? Завораживающе и страшно одновременно. Меня раздирали на части любопытство и тревога — хотелось зажмуриться и в то же время смотреть в серьёзное лицо Двэйна бесконечно.
Таких ощущений рядом с ним я ещё не испытывала! Это было чем-то похоже на то, как Кадан пытался воздействовать на меня через метку — но тогда всё смазывали мои раздражение и злость. А сейчас почти то же самое чувствовалось несколько иначе. Глубже, мощнее — пробирало до самого нутра, но при этом не дурманило голову и не вызывало желания прекратить это немедленно.
"Я словно шагнула на другую ступень реальности!
Теперь можно было понять состояние Файоны во время ритуала, некоторую отрешённость и даже заторможенность. Возможно, сейчас я выглядела так же. Может, даже хуже.
Некоторое время Двэйн пристально смотрел в моё лицо, а затем отступил, скользя ладонями по моим предплечьям. Следом за его прикосновением на коже оставался золотой светящийся узор. Совершенно неупорядоченный — словно Привратник магнитом вытягивал из меня магические силы.
Вблизи это выглядело несколько иначе, чем со зрительских мест! Эффектно — ничего не скажешь!
Я и правда чувствовала некое единение с Двэйном, хоть наши энергии были противоположны, более того — опасны друг для друга. Но вот связь изменилась, в огненное свечение переплелось с тьмой Привратника — и что-то внутри меня шевельнулось.
Взбудораженная энергия горячими толчками пыталась сбросить выстроенные Двэйном оковы.
Хаос усилил мою магию, попытался перехватить контроль — и свечение тянувшихся от меня к Двэйну цепей стало сильнее. Словно бы огонь хотел выжечь тьму. Привратник сразу заметил это — его лицо напряглось — он подтянул резервы из бездонного колодца Тьмы, с которым тоже был связан всей своей сущностью.
Впрочем, я всё ещё чувствовала напряжение — а значит, просто всё не закончится.
Мои руки буквально заледенели. Я встряхнула ими, пытаясь вернуть чувствительность. Магические нити опасно замерцали.
— Осторожнее! — предупредил меня Двэйн. — Сейчас!
Он повернулся к арке, которая теперь словно бы изрыгала бурю, и позволил части Хаоса проникнуть в зал. Та радостно метнулась внутрь и нависла над нами грозовым небом.
