Эйлин/Есения чувствовала себя окружённой пламенем, словно её кожа горела от ярости и страха, когда Кадан Гард внезапно вмешался. Её руки дрожали, готовясь к ближайшему столкновению, хотя внутри всё сжигала надежда на победу. Это была испытательная точка перед величайшим противостоянием....
Оно, между прочим, принадлежало Молану, а “матушка” усадила в него какого-то мужика!
— Как хорошо, что ты приехала! — ещё больше оживилась Брона, вставая. — А у нас тут такой гость! Такая честь!
Наверное, примерно такая же, какой была встреча с Уэном Макталом. Но это точно был не он.
“Фух, — пропыхтел Гугл. — Тёмненьким потянуло”.
Гость тоже поднялся с места и развернулся ко мне. Похоже, судьба решила, что сейчас мне мало проблем, и ниспослала на мою голову ещё и Кадана Гарда. Да каким ветром его вообще сюда занесло?
— Очень рад вас видеть, — он пошёл навстречу, а я невольно попятилась.
Да век бы тебя не видеть, Гадский Гад, чтобы ещё прощаться с тобой!
— Зачем вы приехали? — произнесла я ровно. — Я не маленькая девочка, чтобы за мной приглядывать!
Брона осуждающе покачала головой. Она бы с такой строгостью мужчин для дочерей подбирала — вот было бы прекрасно. А тут кто позарился — тот и красавчик.
— Эйли, зачем ты опять грубишь? Дорх Гард рассказал мне, что его метка на твоей руке всё же проявилась. Значит, он имеет полное право узнать, как идут твои дела!
— Я очень волнуюсь за вас, — проникновенно добавил Гад, приближаясь ко мне. — И думаю, что лучше всего вам будет вернуться в Гитмор.
Да сейчас! Бегу — и волосы назад!
Брона что-то тихо сказала подошедшей служанке. Та ответила так же тихо — и матушка, сокрушённо взмахнув руками, пошла за ней.
— Будь повежливее, Эйли! — предупредила меня напоследок.
Да чтоб ему куриной косточкой подавиться!
— Что ж, дорх Гард! — процедила я нарочито ядовито. — Раз уж вы так печётесь обо мне и волнуетесь о моих делах, может, поможете мне с ними? А что? Подкинете деньжат. Или найдёте способ вскрыть породу на руднике, чтобы рабочие могли добраться до жилы? А может, вы вобьёте в землю Уэна Мактала, который претендует на акции, чтобы он позабыл о своих притязаниях? — убийственные, словно пули, слова, одно за другим срывались с языка и, судя по реакции Кадана, попадали точно в цель.
Он выслушал меня и явственно рассвирепел. Плохой ты выбрал день для визита, Гад Гадович, я сегодня прямо вне себя!
— Всё, что случилось с бизнесом вашего отца — только его вина, и я не собираюсь потакать его безалаберности, — едва не прошипел Кадан. — Не собираюсь платить по его счетам.
