Тенистый полутон и игриво поднял темные локоны девушки, любуясь спокойными водами реки. Его тёплое прикосновение заставило юбку девушек затрепетать, словно она ждала неизвестного приключений. Зябко передернув плечами, Леся чувствовала себя неловко в легком наряде, который явно не подходит к первым осенним холодам. Время от времени надежда на более теплую и мягкую зиму приоткрывалась перед их глазами....
Возможно, впервые за все то время, что его знала, Леся действительно стала понимать причины и поступки любимого человека, а не только о тех догадываться. То, что она узнала о его родителях и детстве - вызывало недоумение и, в какой-то мере, даже страх. Кем надо быть, чтобы стимулировать детей к достижениям такими методами? Почему бы тогда, подобно древним спартанцам, уже просто не сбрасывать их со скалы. А вдруг, выживут?
Для Леси, привыкшей к безоговорочной и безусловной любви и поддержки матери - такое отношение казалось диким.
А вот с его братом она познакомилась с удовольствием, и Дима ей понравился, несмотря на необъятную безалаберность и в, чем-то, наплевательское отношение к собственной жизни. Два человека, выросших в одной семье и настолько отличающихся друг от друга. Два ярких примера закономерных результатов такого метода ""воспитания"". Один принял и выстроил себя согласно предложенного пути развития, а другой ""взбунтовался"" и отказался, вообще, чего-то добиваться в жизни.
В общем, Леся не могла не признать, что пару раз уже боролась с искушением все прекратить и сказать Владу, что простила его, позволить ему уговорить себя переехать.
А может, она просто была скрытым садистом в душе, и ей нравилось, что Влад так старается ради нее. Положа руку на сердце, Леся не смогла бы исключить такого объяснения. А какой женщине не понравится, когда ради ее одобрения и благосклонности так стараются? Кому не захочется наслаждаться таким подольше?
В общем, Леся не торопилась, пусть и не определилась с причинами промедления до конца.
Влад сумрачно разглядывал стоящий перед ним кофе. Сказать, что он хотел спать - ничего бы не значило. Усталость давила на затылок и пульсировала в висках. И это - в семь утра.
Как можно думать о работе, если хочется просто завалиться спать? Хотя, нельзя сказать, что он уделял мало внимание работе в последние три недели.
