Автор
В мире ужасов, где каждый день становится нормой, жизнь двух бойцов проходит на базе Двадцать Четыре в Междуречье. Они выживали среди ядовитых зверей джунглей и сражались с генералом Тильзером. Теперь каждый шаг заставляет их жить в постоянном напряжении, но уже без надежды на верную победу....
Пули полетели в сторону Джима, срезая ветки высоко в кронах.
– Тони – стажеры! – заорал Джим просто так, без рации, и понесся к оставленным во впадине новичкам.
Картины одна страшней другой пронеслись в его воображении – окровавленные тела стажеров и укоряющий взгляд Рихмана – «не углядели»."
"Преодолев пятьдесят метров за рекордное время, Джим вылетел из чащи с автоматом наготове и, еще не видя всей картины, дал очередь поверх голов. Ему недружно ответили с двух стволов, но неточно. Несколько человек в устаревшей форме федеральных сил колотили прикладами несчастных стажеров, должно быть, надеясь взять их живыми.
Джим сорвал гранату и, зашвырнув подальше в лес, заорал:
– Граната! Ложись, сволочи, всех порвет!
27
Граната взорвалась, не причинив никому вреда, однако отвлекла внимание от Джима. Он выхватил нож, врезался в кучу-малу и сразу заработал, быстро и страшно, как умели делать только разведчики.
Несколько врагов, обливаясь кровью, повалились на траву, другие бросились на Джима, чтобы прикончить, – их оказалось больше десятка. Они сбили разведчика с ног, однако ножами владели плохо и пытались забить его прикладами. Ругаясь и толкая друг друга, они били не точно. Кровь заливала глаза, но Джим вертелся ужом и сек острым клинком всех, кто попадался, – по рукам и ногам.
– Да стреляйте же! Стреляйте! – приказал кто-то. – Живыми они не дадутся!
Частые одиночные выстрелы защелкали один за другим, Тони берег патроны, но он торопился.
Сменив магазин, Тони подбежал к Джиму – напарник выглядел скверно – сплошная кровавая маска.
– Джим? – позвал Тони, опасаясь, что друг уже не откликнется.
– Ты покончил с ними? – спросил Симмонс.
– Да.
– Поищи Рихмана.
Однако Рихмана искать не пришлось, он сам вышел на связь.
– Вы там живы?
– Живы, сэр, – отозвался Тони.
– А Симмонс почему не отвечает?
– Ему малость лицо повредили.
– В рукопашной, что ли?
– Да.
– А стажеры?
– Еще не знаю, сэр, – признался Тони. Блохин и Гольдберг лежали без движения, их куртки были залиты кровью.
– Разбирайтесь там, – осипшим голосом добавил Рихман. – Мы выйдем на солончак с юга, смотрите не стрельните по нам.
Послышался рокот возвращавшегося вертолета – Байрон до времени держался подальше, чтобы не получить в борт ракету.
