Внутреннее напряжение не покидало меня, возвращаясь в кабинет ректора Академии Стихий. Хотя прошло уже много времени с тех пор как я тут была, все осталось прежним: те же окна, за которыми виднелись мрачные скандалы города, шкаф с древностями, стол из дорогих материалов, а рядом гостевые кресла с мягкой обивкой. Мое место было уже знакомо и тревожило как будто я туда вернусь по неведомой причине....
— Только не реви!
Но не реветь я не могла. Крупные крокодильи слезы лились из глаз, и им было глубоко плевать на чьи-то там просьбы. А Дорс был вынужден остановиться.
— Дашка…
А я…
— Я всего лишь хочу защититься, понимаешь? — дрожащим голосом сквозь слезы выдавила я. — Не могу я ждать еще год, прежде чем меня допустят к практике. И надо мне всего чуть-чуть. Пару методичек! Тебе что, жалко? Жалко, да?
Ответом мне стал новый, исполненный неподдельного страдания стон.
— То есть мне не показалось? Ты действительно собиралась влезть в библиотеку?
Я кивнула.
И пусть я никогда не была неженкой в этом плане, покраснела до кончиков волос. А потом и вовсе не выдержала, пискнула укоризненно:
— Дорс!
Парень не среагировал. Он продолжил объяснять, как именно я не права, и в каких позах мое решение надо поиметь. Мол, по правилам академии за такое не то что исключают — четвертуют на месте. И отдельные, особенно извращенные пытки положены первокурсникам, которые за книгами с практикумами лезут, ибо! Ибо прецеденты были и ничего хорошего не вышло.
А еще он распинался о защите и сигнализации, которые в библиотеке установлены. И с отдельным, особым сарказмом спросил, как же я намеревалась справиться хотя бы с такой банальностью, как обычный замок.
Вот тут я смущаться перестала и с трудом сдержала желание стукнуть себя по лбу. Семен Семеныч! Вот оно! Вот он, тот самый червячок сомнения, который меня грыз! Я же… шпильку, которую собиралась в качестве отмычки использовать, на прикроватной тумбочке забыла!
Бли-и-ин! Как я могла так тупануть? Нет, ну как?
— Дашка, ты меня вообще слышишь? — рыкнул блондин.
"Я уверенно кивнула и даже открыла рот, чтобы объяснить, как собиралась справиться с замком и обойти сигнализацию, но меня перебили.
— Нет, пьяные огневики — это что-то!
И вот теперь я его по-настоящему услышала.
Осознание было подобно молнии — в том смысле, что блеснуло и погасло.
Я тряхнула головой, отчаянно, но безуспешно пытаясь избавиться от владевшего мной дурмана, и сказала ровно:
— Дорс, мне без этих книг действительно никак. Мне очень нужна практика.
