Внутреннее напряжение не покидало меня, возвращаясь в кабинет ректора Академии Стихий. Хотя прошло уже много времени с тех пор как я тут была, все осталось прежним: те же окна, за которыми виднелись мрачные скандалы города, шкаф с древностями, стол из дорогих материалов, а рядом гостевые кресла с мягкой обивкой. Мое место было уже знакомо и тревожило как будто я туда вернусь по неведомой причине....
Замечаний по моему внешнему виду Глун не имел. Вообще, наблюдал за моими маневрами с удивительным равнодушием.
А когда я разделась, тоже балахон стянул, оставшись в черных штанах, сапогах и белой рубахе с широкими рукавами.
Потом мантия куратора была предельно неаккуратно скомкана и отброшена на ту же скамейку, а мне подарили новый пристальный взгляд и сообщили:
— Туфли снимай. На каблуках неудобно будет.
Я подчинилась. И плевать, что пол каменный и прохладный. Ради настоящей магии я даже на насморк согласна!
Глун удовлетворенно кивнул и направился к центру зала.
— Ну что? Какие заклинания пробовать будем? — окинув меня новым пристальным взглядом, спросил Глун.
Вау! Мне дают право выбора? Что ж, я отлично знаю, чего хочу.
— Боевые! — мысленно сжав кулачки на удачу, выпалила я.
По губам куратора снова мимолетная улыбка скользнула.
— Так я и думал. Хорошо. Но есть одно условие: до моего разрешения вне этой аудитории ты эти знания использовать не будешь.
Я с готовностью кивнула, а он приступил к объяснениям:
— Боевая магия — это не только заклинания и жесты.
Еще миг, и я увидела нечто похожее на демонстрацию восточных единоборств в моем мире. Глун сперва расслабился, потом чуть присел, выставил вперед руки. Причем левую поднял повыше и вытянул полностью, а правая оказалась согнута в локте.
А дальше был удар!
Я вновь не поймала миг, когда куратор сотворил пульсар, но его дальнейшие действия увидела.
Сияющая решетка вспыхнула на миг буквально в паре миллиметров от зеркала и тут же исчезла. А огненный шар рассыпался миллиардом искр.
— Вау, — вырвалось у меня.
— Попробуй, — предложил лорд Глун.
И я действительно попробовала. Но то ли двигалась не так, то ли боевой злости во мне не было, но… не получилось. То есть пульсар появился, и быстро, а вот дальше — качнулся, и все.
— Убери пульсар и попробуй еще раз, — скомандовали мне. Причем слова прозвучали достаточно мягко. То есть повода почувствовать себя непроходимой идиоткой, как это было во время занятий с той же Шанарин, не имелось.
Это придало толику уверенности.
