Мужчина не хотел задаваться вопросами как или почему, но все-таки... Давно Арсений М... так не волновался.
Для 'женского счастья' в замке был целый комплекс бань. Все, что можно было придумать, со всего мира. Три отважные наездницы с порога окунулись в волшебный мир СПА. Только кто выдумал этот непонятный термин СПА? На самом деле водные процедуры, баня, короче, а звучит-то как загадочно, СПА. Девушки имели определенную цель, когда шли сюда, а потому отказались от массажа и прочих прелестей, предлагаемых волшебными руками персона, и понежились сначала в бассейне с горячей водой. Где старательно изображали то ли одалисок, то ли бегемотиков на речном пастбище. Чуть позже к ним присоединилась еще и номер 37, а потом все вчетвером пошли париться. Парилка сауны вмещала пятерых человек. Но по счастливому стечению обстоятельств, к ним никто больше никого желающих не было.
Так значит, здесь нет обычных камер? Неплохо было бы проверить. Саша спросила англичанку:
- Что рассказывала про тепловизоры в парилке?
- Да, тут только тепловизоры, а кроме того, приборы, дающие полные параметры физического состояния объекта. А вдруг кому-то станет плохо, - хихикнула, сделав огромные глаза номер 18.
- И откуда ты это знаешь?
- От надежного человека, который работает здесь в охране.
- И не боишься говорить это вслух? - Саша с намеком оглядела девушек.
- Нет, здесь все свои. Однако, жарковато становится.
- Ничего, потерпишь, сказала номер 37, - а потом обратилась к Саше, - Я Рита. А ты Саша. Я знаю.
Так у них тут тройственный союз... Прямо марксистская ячейка в тылу врага.
- Почему я, - спросила Саша.
- Потому, что он к тебе неровно дышит, - ответила номер 37.
Азиатка повела плечами и указала на ошейник. Проклятый ошейник, вроде и забыла про него, но после этого напоминания Сашины руки сами метнулись к драгоценной удавке - символу рабства.
- К тому же, он мариновал тебя целый месяц, перед тем, как отправить в общую группу. Даже нашу недотрогу Аньку он окрутил за неделю с небольшим, - хохотнула Рита, задорно потряхивая дулькой рыжих волос на макушке.
Анна потерла бедро и отвернулась:
- Не обязательно было напоминать мне.
- Брось, Анька, мы все прошли через это. Ну, влюбилась по глупости, так что теперь, застрелиться и не жить?
- Ты не понимаешь, - голос девушки под номером 18 был полон скрытого страдания, - Он же не успокоился, пока не влез мне под кожу! Не успокоился, пока... А потом...