Нолан Торн всегда знал — его светлое будущее твердило предначертание величины. Но наступила ночь и испытание Уинтер — время, когда даже самые умелые вожди должны узнать себя. Встреча с неизвестностью и потоком исходящих сил загоняет Нолана глубже в тайные уголки своей души, где он познает свою истинную сущность....
Часто перебирая короткими лапами, Саймон бросился вперёд, то и дело щёлкая зубами. Гадюки, пауки и даже оцелоты разбегались перед ним, и хотя он не оборачивался к дедушке, он всё равно слышал за спиной его быстрые шаги.
– Даже не думай, – раздался вдруг голос, и неожиданно перед ним выпрыгнул крупный скалящийся ягуар.
Саймон зарычал – скорее от раздражения, чем от злости, но всё же.
– Кауан, это я, – сказал он, оборачиваясь человеком. – Дедушка…
Но Кауан только кивнул ему и уже бросился на другого каймана, держащего в пасти капуцина.
– Саймон, осторожно!
Он обернулся, и в тот же момент дедушка закрыл его собой, сгибаясь, словно защищал Уинтер от страшного хищника. Саймон думал, что на них напала гадюка или паук, но увидел только золотистую лягушку, сидящую на руке Лео буквально в нескольких сантиметрах от колен Уинтер. Дедушка стряхнул её с себя, словно она его укусила, но Саймон даже не знал, могут ли лягушки кусаться, ведь у них не было настоящих зубов.
– Она не добралась до Уинтер? – с явной паникой спросил Лео.
– Нет, – ответил Саймон, не понимая, чего дедушка так испугался. – Всё в порядке?
Тот кивнул, стиснув зубы, покрепче прижал к себе Уинтер и пошёл к тоннелю.
– Пойдём, малыш, пока они не привели подмогу."
"Впереди больше никого не осталось, так что Саймон пошёл за ним, замахиваясь факелом на любого, кто хотя бы смотрел в их сторону. Он как раз сверлил взглядом пуму, когда заметил движение у входа в тоннель, где Габриэль торопливо помогал соплеменникам спуститься.
– Сюда! – кричал он, размахивая руками. – Идите сюда!.. А-а!
Его крик отдался от стен эхом, и Габриэль рухнул на землю, стискивая ногу. Саймон бросился к нему, но не успел понять, что случилось, как огромный даже для своего вида кайман схватил Габриэля, протащил по полу и уволок в бесконечное море рептилий.
Сердце Саймона ухнуло в пятки, и он дико заозирался.
– Йара! – заорал он, пытаясь перекричать чужие визги и вопли.
Но она уже выкрикивала приказы по-португальски, и с десяток Наследников вырвались из толпы, окружая вход кольцом пылающих факелов. Огонь практически не сдерживал ряды хищников, которых с каждой секундой становилось всё больше – ещё немного, и их стало бы столько, что Наследникам пришлось бы вступить с ними в настоящий бой, чтобы защитить племя. У них просто не осталось бы выбора.
