Автор
В ангаре сгущались тени, где он провел последний испытательный срок. Бет переживала расставание с любимым местом работы и дыханием в груди чувствовала приближение новых вызовов. Взаимоотношения исчерпали свою силу, но осталась нерешенная судьба этого пространства — готовилась лирическая перезагрузка или тихий уход?...
— Наверно, Вирджиния порвала с вами, когда поняла, что вы серьезно решили уйти из фирмы и изменить то будущее, на которое она рассчитывала?
— Вирджиния? Черт побери, нет. Это было бы еще полбеды. Вы все не так поняли. Это я поступил непростительно. Именно я порвал с ней.
— Вы?
— Я порвал с ней за день до помолвки.
Эту козырную карту Данк приберегал на крайний случай. Он до последнего надеялся, что сумеет справиться со своим чувством к Бет Менсон. Но три недели бесплодных ожиданий измучили его. Хотя бы на несколько часов… Черт побери, чего бы это ни стоило… И на сей раз он испытывал ощущение, до странности напоминавшее удовлетворение.
Бет упрашивала его, намекала, вздыхала и слушала. В ее голосе появились медовые нотки, которые красноречиво говорили о сострадании и сочувствии… Когда выражение ее лицо изменилось, у Данка сжалось сердце. Его пронзил стыд.
— Сердцеед всегда останется сердцеедом, — ухитрилась пробормотать Бет.
— Я сделал ее несчастной.
— Кажется, сегодня вечером я была слишком бестактна. Ваша личная жизнь — это ваше дело.
— Поздновато спохватились, не правда ли?
— Стоило вам только намекнуть, что я веду себя нескромно.
— Вы очень ловко делаете вид, что заранее знаете ответы на все свои вопросы. Трудно было предположить, что это не тот случай.
Элизабет вспыхнула, несмотря на мороз.
— Спасибо за обед.
— На здоровье. — Он провел ладонями по ее обтянутым тканью рукам, обнял за плечи и привлек к себе. — Я знаю, что вы мне не поверите, но все равно скажу: вы мне нужны не только для физического наслаждения.
Бет не сопротивлялась, и только тут Данк ощутил тепло ее тела. Она сунула руки под его спортивную куртку и обняла за талию, а когда Хаммел принялся целовать ее, губы Элизабет оказались теплыми и влажными. От нее слегка пахло ароматизированным чаем и мускатным орехом.
Реакция его собственного тела поразила Данка. Поцелуи Бет были как глоток воздуха для слишком глубоко нырнувшего пловца.
— Бренди, — пробормотала она.
— Чтобы согреться в прохладный вечер, самое лучшее средство — это вы…
Она засмеялась, потерлась носом о его щеку и высвободилась.
— В семь часов мне надо быть в яхт-клубе.
— Мы могли бы провести вместе оставшееся до этого время…
— Спокойной ночи, Данк.
— Я приду утром.
— С портфелем в руке.
В восемь тридцать утра Данк стоял у стола Бет.
— Скэрлоты купили «Беатрис»…
— Что ж, сдаюсь. Вы пересилили.
