Марат не может забыть её, хотя отпустил. Тёмная ярость и бешеная ревность овладевают им, заставляя нарушить собственное слово. Вторая книга дилогии о страсти, которая сильнее любых обещаний, и о том, на что способен мужчина, когда теряет контроль.
Раздел Chitat.online для книги «Исступление» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Марат не может забыть её, хотя отпустил. Тёмная ярость и бешеная ревность овладевают им, заставляя нарушить собственное слово. Вторая книга дилогии о страсти, которая сильнее любых обещаний, и о том, на что способен мужчина, когда теряет контроль.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Юлия Владимировна Бушмарина Самиздат подборки серии
Марат не может забыть её, хотя отпустил. Тёмная ярость и бешеная ревность овладевают им, заставляя нарушить собственное слово. Вторая книга дилогии о страсти, которая сильнее любых обещаний, и о том, на что способен мужчина, когда теряет контроль.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Кивнул Ахмеду и пошёл за угол, на ходу закатывая рукава.
— Что-то случилось, шеф? — тот поспешил за ним и сходу получил в челюсть, отчего буквально впечатался в стену.
— За что, шеф?! — схватился за щеку, ошарашено выпучил глаза.
— Какого хрена она у окна сидит? А если снайпера пришлют по мою душу? Вы что, блядь, совсем дебилы?!
Ахмед сплюнул выбитый зуб, виновато опустил голову.
— Я просил её отойти от окна. Но ваша женщина никого не слушает. Я же не могу её заставить. Вы мне тогда позвоночник сломаете.
Хаджиев хмыкнул. Дерзкая Белоснежка. Его царица.
— Естественно, сломаю. Даже за один косой взгляд на неё прирежу. Нужно Али вызывать, нихера вы не можете.
Вошёл в дом и тут же попал в объятия Снежаны. Сдержал улыбку, приподнял её, схватив за упругие ягодицы, и даже боль в спине показалась мелочью по сравнению с тем, как всё нутро сжалось. Зверь завилял хвостом и, заскулив, упал перед своей царицей ниц.
Опутала его своими тонкими, тёплыми руками, уткнулась лицом в грудь.
— Наконец-то, — прошептала, прижимаясь по-кошачьи ласково. — Я думала, ты ранен.
А вот это херово. Опять будет волноваться.
— Ну, здравствуй, непослушная красавица. Ты в курсе, что Ахмед скоро из-за тебя без головы останется?
Подняла на него невинный взгляд, захлопала ресницами.
— А что я сделала?
— Он говорил тебе у окон не шастать? Мм?
Хитро улыбнулась, в глазах зажглась искорка, а у Марата всё колом. Куда только подевалась усталость.
— А я только Варвара слушаюсь, — и губу кусает.
Дрянь… Какая же ты дрянь, красавица. Неужели осознала, что может верёвки из него вить? Как поёт, ведьма. Как душу выворачивает своими глазами.
— Это правильно. Только обманывать меня не надо, — собрался с духом, приподнял её лицо за подбородок. — Ты не спала ночью.
Она вздохнула, отстранилась, но Марат снова притянул к себе.
— Я боялась… Знаешь, я… — поджала губы.
— Смелее. За меня боялась или без меня?
— И то, и другое. Мне плохо без тебя, Марат. Я без тебя замерзаю, — подняла на него взгляд, и Хаджиев пропал. Блядская пропасть, что затягивает его с головой. Даже зверю из неё не выбраться.
— Малец спит?
Она кивнула.
— Пойдём, — подхватив Снежану на руки, широким шагом поспешил в спальню. — Отогрею тебя.
* * *Марат склонился надо мной, жадно терзая соски, что мгновенно затвердели от желания. Каждое его прикосновение, как разряд тока, до самого сердца. И страсть бешеная, необузданная. Обжигает изнутри, как глоток крепкого алкоголя.
Запрокинула голову, хватая ртом воздух и впиваясь пальцами в его крепкие плечи.
Марат застонал, аккуратно убрал мои руки.
— Потише, красавица.
— Что? Я тебя поцарапала?
Но Хаджиев снова вернулся к своим сумасшедшим ласкам, и я прикусила губу, чтобы не закричать от удовольствия.
