Наследник был одет в тёмно-коричневый камзол, больше похожий на мундир, и тёмные брюки, заправленные в высокие сапоги – походная одежда, он только что прибыл. Я заметила тени под глазами, и на миг испытала прилив сочувствия, но оно быстро схлынуло, едва я вспомнила о цели своего визита.
– Ты расследуешь дело о причастности моего брата к вызову мантикор? – начала издалека, невзначай огляделась и отвела глаза, так как понимала, что с каждой минутой моего любования ас-алердином уверенность во мне тает. – Почему не предупредил?
– Знал, что реакция будет именно такой, воинственной. – Ямин подошёл ближе. – Ты мне даже нравишься такой. Готовой защищать, несмотря на препятствия. Завидую твоему мужу.
«Так стань им!» – воскликнула менее гордая часть меня, но, к счастью, не вслух, потому что вторая была совершенно не согласна с этой позицией. Не выйду замуж за того, кто пытается разрушить мою семью.
Впрочем, в этом они с Риком квиты.
Ямин смотрел на меня без злости, без спеси, а действительно с каким-то… восхищением? Это окончательно меня дезориентировало. Бурлившие во мне эмоции внезапно схлынули мощным потоком, оставляя за собой страх, опустошение и растерянность. Мне просто хотелось броситься в объятия демона и расплакаться, как маленькой девочке, просить его, умолять оставить в покое моего брата.
Но это бесполезно. Если демон уже что-то решил, он не изменит своего решения. Пойдёт до конца. Потому что его так учили с детства, ведь он – наследник. Как и Фредерик.
Я хотела шантажировать демона, предложить ему обмен, но внезапно, глядя на Ямина полными участия глазами, поняла, что не могу быть с ним груба. Не могу рядом с ним строить из себя независимую и сильную женщину, каковой не являюсь.
Зря он только восхищался.
– Он мой брат, – произнесла тихо и потерянно и обняла себя за плечи, – и я люблю его. Если ты отдашь его под суд, я никогда тебе этого не прощу.
Ас-алердин сглотнул, неотрывно смотря мне в глаза.
– Каждый, кто совершил преступление, должен нести наказание.
– Но и каждый имеет право на искупление вины! Он вынес не меньше, а может, и больше меня, разве этого недостаточно для помилования? Его должны были убить, но если боги существуют, они сберегли его. Уверена, не зря.
Ямин молчал. Я протянула ему руки без перчаток, и ас-алердин, несколько секунд косясь на мои дрожащие пальцы, заключил их в своих ладонях. Вновь этот ртутный водоворот прекрасных глаз, но на этот раз, когда всё схлынуло, я пошатнулась и едва не упала.
