– И решительно двинулась вперёд.
В Абикарде знать консервировала тела умерших особым заклинанием, чтобы они не портились со временем, этого хватало по крайней мере на десять-двадцать лет, пока заклинание само не истлеет, поэтому крышки гробов делались стеклянными. Первый гроб, Хокана, таким и был. Тамим прошёл дальше, что-то разыскивая, а Ямин взял меня за руку. Я его не оттолкнула, так как помнила наш уговор, поэтому просто смотрела на молодое тело двадцатилетнего парня с закрытыми глазами. Оно застыло восковым изваянием, лишь пожелтевшая кожа выдавала, что брат не просто спал, он был мёртв. Сердце сжалось. Как бы мне хотелось всё изменить, повернуть время вспять и увидеть его молодым и полным сил! Живым…
– Значит, это о его смерти ты хочешь узнать правду? – уточнил Ямин, и я кивнула.
Отвернувшись, сдержала слёзы и прошла дальше. К гробу моего следующего по старшинству брата.
Бедный Торнберт… Лишь на несколько лет старше Хокана и всё такой же прекрасный. Его гроб был самым роскошным, с золотыми вензелями по стеклянной крышке, памятными письменами и положенными статусу короля регалиями. Торнберт, бедный глупый мальчишка. Мой брат, который больше никогда не дернет меня за косички, не скажет ничего колкого и не усмехнется вечно кривоватой улыбкой. Его больше нет.
Ямин сжал мою руку крепче. Я опустила на неё взгляд и тут же подняла его к глазам ас-алердина. Уже пора применять способности? Но нет, ничего вокруг нас не изменилось.
«Ещё недостаточно эмоций», – мелькнула мысль.
Хотя я уже чувствовала, как во мне сжимается эмоциональная пружина, готовая в любой момент распрямиться и снести все мои ментальные преграды, выстраиваемые годами вдали от Абикарда.
Каждый шаг по склепу давался тяжело. Я знала, что прохожу по рядам гробов своих любимых родичей, и это до жути пугало, заставляло сходить с ума от горя и потери, желать своего места среди них.
Но нет, моя судьба иная. Меня спасли, смогли укрыть, а потом я не пожелала возвращаться сюда, как это сделал Хокан, не пожелала отдавать свою жизнь в услужение ненасытного монстра переворотов. Трусиха? Бесспорно. Но живая. Способная дышать. И отомстить, если встанет такая необходимость.
Последняя мысль меня ужаснула. Она была будто чужой, исходящей от озлобленной части меня.
– Если ты не готова…
– Нет, – оборвала Ямина, и мой голос прозвучал неожиданно громко в тесном пространстве склепа. – Нужно оставить этот страх позади, иначе вечно буду бежать от него, не разбирая дороги.
Следующий гроб был ожидаемым, но оттого воспринимать его было ещё болезненнее. Закрытый, не законсервированный, с тёмной каменной крышкой и гравировкой по ней. Фредерик Йон Хелге Миарот – наследный принц Абикарда. Дата жизни – дата смерти.