— Ты хрупкая, маленькая, нежная…
— Я вчера чуть не убила тебя, Азул, помнишь? — улыбнулась, чувствуя, как потеплело в солнечном сплетении.
— А что тебе оставалось?
— Слушай, спаситель мира, — уже откровенно потешалась над его угрызениями, — прекращай хандрить. Если тебе меня вручили, значит… должно как-то срастись все. Давай разберемся с проблемами поважнее, потом уже решим, что делать с нами…
Он повернулся ко мне и сгреб в объятия:
— Ты — важнее.
— Нет, и ты это знаешь, — я вдруг поняла, что именно рвет его на части.
— Когда я так думал — проиграл и потерял тебя. Если я ввяжусь сейчас в разборки с джиннами…
— А как по-другому?
— Я не хочу ошибиться снова.
— Ты сможешь жить спокойно, если оставишь все так, как есть?
Он наклонился ко мне и заглянул в глаза:
— Я не смогу жить без тебя.
Я моргнула, чувствуя, как в груди набухает что-то большое и теплое.
11
На улице стояла невероятно соблазнительная для прогулки погода — легкий морозец, солнце, свежий искрящийся снег. Выйдя на крыльцо, я вздохнула полной грудью и расплылась в улыбке.
— Может, попробуем закрепить успехи с оборотом?
Дракон ждал меня посреди двора.
— Ты серьезно считаешь вчерашнее успехом? — возмущенно округлила глаза, глядя на Азула.
— Вполне.
— У драконов так много жизней? — улыбнулась я и направилась к нему, ступая по снегу на носочках.
Чистое счастье вот так вот остужать эмоции, когда плавишься под взглядом Дракона.
— Одна, но большая, — его улыбка стала шире.
— Я боюсь не вернуться, — подошла к нему и заглянула в глаза.
— Ты же вернулась, — он любовался так откровенно, казалось, я таю, как снег под моими стопами.
— Случайно. Я всегда возвращалась во сне.
— Когда ты обернулась в первый раз?
Вокруг было так тихо, будто мы остались одни. И никуда не сбежать от его вопроса.
— Когда Аршад лишил меня девственности, — опустила глаза на его грудь. Пока он молчал, я в подробностях изучила потертую надпись на его футболке, но, не дождавшись реакции, решила продолжить: — Потом он сказал, что я была зверем несколько дней.
— Где ты была? — звенел напряжением его голос.
— Он спрятал меня в каком-то подвале. Я металась в темноте одна. Ты даже не представляешь, как тогда хотелось сдохнуть.
Азул не пытался обнять, пожалеть. Он просто застыл в тихой ярости, а я наблюдала, как вокруг нас все быстрее тает снег, превращая площадку в мокрое месиво.
