– Они же обычно ни во что не вмешиваются.
– Точно.
– И все равно я считаю, ты поступаешь глупо.
– Знаешь, молчаливым ты мне больше нравился.
– Ты меня теперь не заткнешь! – Перитон гордо выпятил грудь. – Я семь столетий ни с кем не разговаривал!
– Сколько?!
– Семь. Может, больше. – Морока погрустнел. – Ты первая не отвернулась от меня, не бросила, как только узнала мою историю. Я буду верен тебе до конца. Тебе и лесу, раз ты Видящая, пусть я и не связан с ним. Когда я услышал твой голос, даже не сразу разобрал слова. Казалось, я давно забыл речь, забыл, кем был, отдавшись животной сущности. Но ты пробудила мой разум. Я благодарен тебе.
– Это правда, что ты провел ритуал с жертвоприношениями?
– Да, я обрел тысячи обличий, но потерял свой истинный облик.
Из-за деревьев выступили единороги. Парень, с которым я разговаривала в прошлый раз, буквально лежал на спине одного из них. На лице парня проступили темные сетки вен. Кожу покрывала испарина.
– Давно он в таком состоянии? – Я подбежала к нему, коснулась пылающей кожи лба.
– Последние два дня, – раздался грустный женский голос. – Мы поим его водой из родника.
– И не помогает?
– Мы все теряем силы, – отозвался другой единорог. – Видящая, мы поможем тебе достигнуть Источника. Но на это уйдут все наши силы. Было бы хорошо, если бы ты отправилась одна.
– Со мной только перитон и мантикора.
Жеребец фыркнул, но не стал спорить.
– Мы будем рядом, – бросил он, отворачиваясь.
Единороги вновь исчезли из вида, но я все же ощущала их молчаливое присутствие.
– Ты осилишь нести меня на спине? – спросила я у Морока.
– Конечно, давненько на мне юные девы не скакали. – Перитон ехидненько захихикал. Я, конечно, не невинная дева, но все же покраснела, кажется, только сейчас начав осознавать, что он когда-то был двуликим, а не животным. – Не красней. Я уже и не помню, каково это быть в человеческом обличье, – уже тоскливо проговорил он. – Я могу принять обличье лошади.
– Серьезно? – Мой энтузиазм поутих, я уже не горела желанием ехать верхом. Но ведь нужно спешить!
– Да, я могу принять обличье живого существа, с которым контактировал. – Перитон выпятил грудь, даже верхнюю губу приподнял, демонстрируя клыки в некоем подобии улыбки.
Морок действительно принял облик серой кобылы. Взобраться на нее без седла было не так легко, еще и Морок подшучивал. Но ехать верхом было значительно быстрее, чем идти. Не прошло и часа, как я подстроилась под быстрый шаг Морока. Малыш трусил рядом. Пейзажи вокруг нас резко менялись. По словам Морока, это происходило потому, что единороги создавали пространственный тоннель, который сокращал километры пути."
"Вообще Морок воплотил свою угрозу. Его было не заткнуть. За три дня пути я узнала почти всю его биографию.