На новогоднем корпоративе героиня в шутку пожелала встретить дракона, но желание сбылось. Теперь Ледяной Дракон не отпускает её в свой мир из-за магической печати, а она случайно разрушила его помолвку. Между ними разгорается опасное притяжение, которое становится всё сложнее игнорировать.
Раздел Chitat.online для книги «Истинная для Ледяного Дракона. Княгиня Южного предела» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
На новогоднем корпоративе героиня в шутку пожелала встретить дракона, но желание сбылось. Теперь Ледяной Дракон не отпускает её в свой мир из-за магической печати, а она случайно разрушила его помолвку. Между ними разгорается опасное притяжение, которое становится всё сложнее игнорировать.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
На новогоднем корпоративе героиня в шутку пожелала встретить дракона, но желание сбылось. Теперь Ледяной Дракон не отпускает её в свой мир из-за магической печати, а она случайно разрушила его помолвку. Между ними разгорается опасное притяжение, которое становится всё сложнее игнорировать.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Уж не на это ли слово девчонка так отреагировала? Вспомнились подрагивающие губы иномирянки и её слова: «Я не вещь».
Что не так? Хозяин — это тот, кто беспокоится о своей собственности. Разве так плохо принадлежать кому-то? О тебе заботятся, живёшь в тепле и безопасности. Защищают. И каждый, кто не может сам противостоять миру, стремится обрести хозяина. Это нормально, и это правильно. Почему же иномирянка взбрыкнула?
Растерялась в чужом мире? Всё равно непонятно. Удел женщины во всех мирах — подчиняться. Я обязательно это сегодня выясню и объясню, чтобы не забывалась. Если находишься под моей защитой, то и повиноваться должна беспрекословно.
Снова шипящие звуки в сознании: «Моя девоч-чка».
Дракон.
Я невольно улыбаюсь. Он вредничает, требует, пытается заявить о своих правах, а я слушаю его голос как волшебную музыку. Мой зверь впервые за долгие годы проявил себя в открытую. И это самое ценное. Собственно, из-за дракона я и не пошёл сразу же к иномирянке. Следует сначала ему объяснить, кто у нас главный.
До сегодняшнего дня я со своей второй ипостасью почти не встречался. Детство, в котором мы с братьями с лёгкостью оборачивались в драконов и устраивали магические поединки на земле и в воздухе, осталось позади.
Мы росли, и драконы росли вместе с нами.
До того самого дня.
Ощущение беды поставило меня на крыло. Уже взлетев, я увидел впереди летящего дракона и узнал широкий размах крыльев Криса. Подо мной с балконов прыгали, на ходу оборачиваясь, Раг и Ринг.
Возможно, будь в замке в тот день отец, он успел бы защитить всех. А нам даже армию не пришло в голову позвать. А, может, просто времени не было.
Я догнал Криса, а вскоре присоединились и близнецы. Отпечаток магии нашей матери вёл к горам, и с каждым взмахом крыльев росло ощущение катастрофы.
Пещеру, в центре которой возле Ледяной Стелы лежала королева, мы нашли без труда. Она была в сознании и сделала знак, чтобы мы не приближались.
Даже если бы мы поняли в тот момент, что Стела — это портал в давно уснувший мир Хаоса, разве мы могли бы отступить, оставив нашу мать в опасности?
А потом моё сознание поглотила тьма.
Позже отец объяснил нам, что в тот момент спасти её уже было невозможно. А вот она, собрав последние силы, отбросила нас от воронки. Только поэтому нас не затянуло вместе с ней. Но даже лёгкого касания Хаоса хватило для того, чтобы каждый из нас, неокрепших драконов, получил своё проклятие.
А ещё каждая встреча с братьями поднимала со дна души тяжёлые воспоминания о погибшей матери. Мы старались видеться как можно реже."
"С той поры я перестал слышать свою вторую половинку. В оборот входил в полном сознании, но боль была такова, что почти сразу же отключался, а зверь вырывался наружу.
