На новогоднем корпоративе героиня в шутку пожелала встретить дракона, но желание сбылось. Теперь Ледяной Дракон не отпускает её в свой мир из-за магической печати, а она случайно разрушила его помолвку. Между ними разгорается опасное притяжение, которое становится всё сложнее игнорировать.
Что произошло? Слетела какая-то там печать, и с огненным драконом внутри я сразу же стала ценнее? Но я всё та же. И я не чувствую себя предназначенной кому бы то ни было.
Взгляд Айварса темнеет, ноздри хищно раздуваются:
— Ты плохо понимаешь, что такое истинная связь. Ты не сможешь жить без меня, так же, как и я без тебя.
Его взгляд соскальзывает на мои губы. Грань тонка. В душе шторм — баллов десять, и волны жара накрывают меня с головой. Моя талия по-прежнему в тисках, бёдра плотно прижаты к его бёдрам, а верхняя половина тела стремится к горизонтальному положению. Я почти повисла на его руке этаким плащиком. Реши он сейчас меня отпустить, и на ногах мне не удержаться.
— Как же с тобой тяжело, — цедит Айварс сквозь стиснутые зубы, нависая надо мной. — Такая хрупкая, я мог бы легко сломить твоё сопротивление. Что же мне мешает?
— Может быть, самоуважение? — рискую спросить я.
Короткий рык. Испуганно взвизгиваю, когда мои ноги отрываются от пола. Пальцы сами вцепляются в одежду князя. Я ожидаю полёта на кровать, но Айварс неожиданно делает несколько шагов в другую сторону, туда, где в нише у окошка стоит накрытый стол. Отпустив одну руку и легко удерживая меня на весу второй, выдвигает стул и опускает меня на него. Я снова чувствую себя куклой, которой играет большой мальчик.
— Пора завтракать, Адриана, — холодно говорит он."
"Я потрясённо выдыхаю. А Айварс преспокойно усаживается напротив, берёт со стола колокольчик и звонит в него. На его лице застывшая маска, лишь желваки на скулах играют. Чувствуется, что он борется с чем-то внутри себя. Хотя, скорее всего, с кем-то, потому что моя драконица тоже неспокойна. Она ничего не говорит, только шипит возмущённо. Выражает недовольство мной. Ничего — потерпит.
Дверь открывается, впуская девушку с подносом.
Молча смотрю, как на столе появляются тарелки с нарезкой сыра и какого-то мяса, румяные лепёшки, над которыми поднимается пар, и неизменные южные фрукты. Я уже знаю, что привозят их в страну вечной зимы из других миров, возможно даже из моего, но не перестаю удивляться. На мой взгляд, этот феодальный мир, в котором правят князья, должен питаться как-то проще, что ли.
— Раньше из Южного Предела везли фрукты в остальные части королевства, — заметив мой взгляд, говорит Айварс.
Его голос спокоен, только раздувающиеся ноздри выдают напряжение:
— Некоторые сорта мы не видели уже много десятилетий. До прихода Хаоса море было тёплым, а эти горы, — он кивает на окно, — зелёными.
Служанка выходит.
