Автор
Алекс чувствует себя загадочным и потерянным в мире, пока не встречает Симону — одиссея которого начинается с проклятий. История Алекса и Симоны завязана на древних тайнах и заговорах, которые могут изменить их судьбы навсегда в мире, где верования и реальность редко согласованы....
Извелась вся, трогая себя и тут, и там, призывно гладя языком свои губы, не зная, что с ней происходит, а это действовали феромоны оборотней, которые для человеческих самок были похлеще любого афродизиака.
Они готовы были скинуть трусы по первому зову.
Правда, не всегда хотелось именно этого.
Скучно, если девка не сопротивляется.
– Она потасканная, – едва взглянул на нее Алекс, накачиваясь спиртным. – Спала с кучей мужиков.
– Зато готовая на всё! Раньше тебя не волновало, сколько девка перепробовала членов, а сейчас стал избирательным? Что у этой крошки такого между ног, что сделало моего брата ломакой?
– Отвали! – посмотрел он на меня зверем.
– Это-то тебя и гребет, да? Ничего, – успокоил я его, – этой малышке недолго ходить без наших членов в каждой тугой дырке…"
"От одних только мыслей об этом член встал как по команде, и я потрогал его через джинсы. Рыжая девка сразу отнесла это на свой счет и обхватила бутылку ртом, втянув в себя и пососав.
– Что она сделает в следующий раз? – заржал я, видя ее готовность стать нашей здесь и сейчас.
– Мне плевать, я ее не хочу, – продолжал угрюмо пялиться в стакан брат.
– Так, пошли, – потянул я его на выход. – Ты сказал, что наша малышка работает официанткой. Давай подкараулим ее, тут всё равно ничего у нас не срастется. Я хочу пялить девку и не видеть напротив твою кислую рожу.
– Иди и пяль ее один! Прямо вот обязательно со мной? Я тебя, что ли, держу?
– Э, нет, братец, не думай, что ты такой хитрый, – уличил я его, – пока я буду ее пялить, ты найдешь нашу малышку и первым распечатаешь ее.
– Ладно, ты прав, она меня будто околдовала! – признался он в сердцах, когда мы уже вышли из бара на прохладный воздух. – Чувствую ее вкус на своих губах до сих пор. Вкуснее я ничего не пробовал.
– Не дразни, и так только о ней теперь думаю. Кем надо быть, чтобы свести с ума моего братца.
– Посланницей ведьмы, – напомнил он мне, на что я лишь рассмеялся.
– Какая разница, если мы получим удовольствие? С ведьмой мы разберемся потом, но сначала накажем эту сочную малышку, показав ей, что такое истинное наслаждение…
Крики из подворотни привлекли наше внимание, и мы оба навострили уши. Кричала какая-то девчонка, но никто кроме нас не спешил на помощь.
Брат метнулся туда первым, а я последовал за ним, обнаружив, как в темном переулке два крупных парня зажали между собой девчонку.
